— Что за оружие? — тут же подскочил граф.
— Мортиры малого калибра. В горах самое удобное оружие. Там весь секрет в снарядах. А главное, их скорострельность.
— Мортиры? И как они выглядят? — заинтересовался Рязанов.
— Труба на железной плите. Говорю же, весь секрет в снарядах. Но тут главное, взрыватель толковый придумать. Ну, и взрывчатка хорошая нужна. Что сейчас в снарядах используется?
— Где как, — пожал Рязанов плечами. — Толком не знаю, но шимоза точно есть. Еще какая-то гадость.
— Шимоза, — скривился Руслан. — Мерзкая штука. Но если знать некоторые секреты, можно и ее использовать.
— Кто б нам ее еще дал, — фыркнул Рязанов в ответ.
— Спирт и кислота у вас найдутся? — подумав, поинтересовался Руслан.
— Господи, а это-то вам зачем? — тихо ахнул штабс-капитан.
— Нитроглицерин сделаем. Тоже не ахти какая радость, но если его стабилизировать, то можно будет использовать в снарядах для мортир. И взрывается он хорошо.
— Руслан Владимирович, будьте добры, подробнее, — подумав, попросил граф.
— Ничего особо сложного, — доставая из стола лист бумаги и свинцовый карандаш, принялся объяснять Шатун. — Мина имеет форму капли. Сзади оперение для стабилизации в полете. Выстрел производится путем накола в момент, когда она опускается в нижний конец ствола. Снаряд летит по навесной траектории и взрывается, ударившись о землю. Именно для этого нужен взрыватель. Сам корпус снаряда чугунный. Для большего количества осколков. Предназначено такое орудие для уничтожения живой силы противника. В горах очень удобно.
— Найду я вам кислоту и спирт, — подумав, решительно заявил граф. — Не завтра, но будет. Делайте. Но прежде все это опишите отдельным докладом. И главное, голубчик, подробнейшим образом. Поверьте, это весьма важно. Весьма.
— А надо ли? — с сомнением протянул Руслан. — Одно дело, когда секрет этого оружия знаю только я и вы, и совсем другое, бумага, которую можно скопировать или просто украсть. Сами знаете, наши заклятые друзья за подобными новинками буквально охотятся.
— Один экземпляр. Для генерала. Будет присвоен гриф «особо секретно», — заверил его штабс-капитан. — Это позволит нам выбить под это орудие хоть какое-то финансирование.
— Пока не надо. Для начала сделаем опытовый образец. Опробуем его в поле, а потом уж можно будет и бумаги писать.
— А какого калибра эти орудия делаются? — поинтересовался штабс-капитан, внимательно рассматривая рисунок.
— А какую трубу найдем, такого и будет, — хмыкнул Руслан в ответ. — С ней тоже все не так просто. Но думаю, Митрич справится. В горах крупный калибр и не нужен. И таскать тяжело, и мощность может излишней оказаться.
— Почему излишней? — не понял Рязанов.
— Михаил Сергеевич, — качнув головой, вздохнул Руслан. — Это же горы. В ином месте один выстрел может обвал вызвать или лавину.
— М-да, не подумал, — вздохнул граф.
Их беседу прервало появление Матвеевны. Влетевший в комнату вихрь тут же подхватил господ офицеров и погнал их готовиться к обеду. Спорить с этим ураганом в юбке было бесполезно, так что мужчины покорно отправились переодеваться и мыть руки. За обедом они почти не разговаривали, отдавая должное искусству стряпухи. В очередной раз объевшись до сонной одури, Руслан не спеша прихлебывал крепкий чай, к которому пристрастился еще во время первой службы, и лениво анализировал свой разговор с графом.
Вошедший быстрым шагом казак отдал штабс-капитану честь и, чуть улыбнувшись Руслану, доложил:
— Ваше благородие, горцы на тракте снова разбой учинили. Карету почтовую ограбили. Полиция уже поехала.
— Убитые есть? — спросил граф, разом помрачнев.
— Слава богу, обошлось. Только поранетых двое. Саблями порезали.
— Сильно посекли? — быстро уточнил Рязанов.
— Не могу знать. Сам не видел.
— А как вообще известно стало?
— Пастушок нападение видел и в станицу побежал. Казаки подъехали, да горцы уже уйти успели. Тогда гонца в город отправили.
— В погоню пошел кто?
— Никак нет. Да и некому было. Из станицы в основном старики да мальчишки прискакали. Кто в лагерь полевой не ушел.
— Куда банда пошла? — вступил в разговор Руслан.
— В лес подались.
— Верхами? — насторожился Шатун.
— Они добычу на трофейных коней погрузили и ушли. Даже баб насильничать не стали.