— Я в вас не сомневался, Дмитрий Петрович, — выдохнул Иван. — Теперь по усилению безопасности…
— Уже распорядился. И артефакт поставили на периметр. Так что на завод ни одна муха не пролетит. Если у неё, конечно, нет пропуска, подписанного мной лично, — вновь засмеялся Мартынов. — Если что будет происходить, наберу.
— Конечно, — ответил Иван. — В любое время.
Граф попрощался и сбросил звонок. А Иван откинулся на спинку кресла и облегчённо выдохнул. Хоть насчёт этого он может не переживать. Мартынов — партнёр надёжный, никогда не подводил. И если надо — пошлёт куда подальше этого зажравшегося Демидова.
И, главное, Демидов это тоже знает. Поэтому, важно понять, что этот ублюдок способен предпринять дальше. А потом — опередить его.
В саду поместья Смирновых, в это же время.
Пообедал я на славу. Вновь мясным пюре. Хоть бы что новое внесли в мой рацион. Например, шашлык. Который я так и не удосужился до сих пор попробовать.
А плотно покушав, продолжил свой рассказ.
Маман, как всегда. Услышала, что я отделился от группы малышей, и сразу заохала, запричитала.
Да животное при смерти было! По-твоему, надо было стоять и наблюдать, как капибара загибается?
Но батя и тут красавчик, поддержал меня. Сказал, что и сам бы так поступил, если б представилась возможность.
Ну а на моменте, когда детёныш гепарда расхреначил палку своими зубищами, маман и вовсе поплохело.
Бате пришлось бежать за успокоительным.
— Прогулка удалась, это точно, — довольно улыбнулся батя, передавая маман стаканчик с разведёнными каплями.
— Это просто… просто опасно, — выдохнула маман и залпом выпила успокоительное.
— Да Наташ, он же не девчонка. Наоборот, молодец, что сопереживает животным. Притом заметь, сострадать могут так не все дети. Тем более в его возрасте. Наш сын же просто развивается быстрее. И правильно, чему я очень рад.
— Да ну вас, — махнула рукой маман. — Пойду, полежу. Что-то дурно мне.
— А мы пока во двор пойдём, — подмигнул мне батя. — Да, Серёга? Прогуляемся.
О, это что-то новенькое. Батя решил со мной прогуляться.
— Я могу, Иван Александрович, — пробормотала пышка.
— Отдохните, чайку пока попейте, Лариса Михайловна, — ответил ей батя.
Вот и правильно. Направь свою гиперопеку лучше на кружку чая. Я не выдержал и прыснул со смеху. Представил, как Лариса чуть крепче сжимает кружку и любовно её поглаживает, напевая ей колыбельную.
Мы вышли в сад, и батя посадил меня на шею. Ого! Да так я мог гораздо больше рассмотреть.
К тому же и чердак, на котором сейчас проживал попугай. Идеальным решением было устроить его именно в это место. Во-первых, на чердаке по периметру были расположены небольшие окна, через которые птичка могла увидеть стену поместья и что происходит в отдалении от неё. А во-вторых, голос у неё то, что надо. Если какая-то опасность — моментально даст об этом знать.
Меня не пугало, что родители узнают о попугае. Скорее, они даже одобрят моё решение. Просто пусть узнают об этом в своё время.
Но я столкнулся с проблемой. Питомец был истощён. Я чувствовал его голод. И прикинул, что же едят такие существа. Орехи, просо, может, растения какие особенные.
Пока мы гуляли с батей, и он рассказывал о своём детстве, я призвал ворону. Она собрала травы и залетела в открытое окошко чердака. Попугай лишь покосился на зелёные стебли, принюхался.
— ХР-РЕНЬ! — выпалил он и отвернулся.
Хрень, говоришь? Ну ладно, попробуем что-нибудь другое принести.
Мы гуляли по саду, а ворона продолжала носить этой зажравшейся птичке орехи, семена, ягоды. Даже кусок яблока стырила из вазы, стоявшей в беседке, хотя это было достаточно рискованно.
Но этот изумрудный паразит ничего из принесённого вороной есть не стал.
Это для него было не едой. «ЧУШ-ШЬ!», «ДР-РЯНЬ!» — вот, что это было.
Ворона уже подвыдохлась нарезать круги, и я её отпустил. Надо бы в ближайшее время понять, чем этот попугай питается, иначе потеряю птичку. А сам он, зараза такая, не говорит!
И раз это магический питомец, значит, придётся искать того, кто поделится со мной полезной информацией.
И тут я вспомнил об умнике. Ну точно! Со стариком же сегодня вечером очередной урок! Вот тогда и спрошу у него.
А потом батя собрался в кабинет, передавая меня пышке.
Лариса подумала и предложила:
— Серёжа, может, баиньки?
— Неть! — я нахмурился. — Гуять.
— Ну хорошо, — обречённо вздохнула Лариса. — Можно прогуляться на детскую площадку. Если, конечно, хочешь.