— В общем, зайду завтра в шесть. Не проводишь? — Андрей посмотрел на меня, поняв, что в нашей комнате чаем его не напоят.
Пришлось выйти с ним и спустится вниз на один этаж. Мальчики размещались втором.
— Что это за бука у тебя в комнате живет? Трудно тебе наверное?
— Да нет, наоборот.
— Андрей, — какая-то девочка, перегнувшись через перила третьего этажа, позвала моего нового знакомого, — Почему не зашел?
— Девчонку встретил хорошую, — без стеснения крикнул Андрей, тряхнув челкой.
— Приди кровать помочь передвинуть! Пожалуйста! А с нас чаек!
Девушки в той комнате были видимо гораздо гостеприимнее нас.
— Эх, так и буду бегать верх вниз. Девочкам надо помогать.
Я уже хотела развернуться и дать задний ход на свой этаж, но он придержал меня за локоть.
— А, может, город покажешь? Только Люсю не зови с нами.
Это было впервые, когда Лидино имя так бессовестно забыли, и не хотели ее присутствия. Кажется, именно это меня подкупило.
— Хорошо, могу завтра.
— Замечательно! — он, опережая меня, пошел снова на третий, шагая сразу через две ступеньки длиннющими ногами.
Я вернулась в комнату в замешательстве.
Лида сидела на кровати и явно ждала меня.
— Ну и чем кончилось?
— Завтра покажу Андрею город.
— Смотри аккуратнее, он вроде после армии? А после армии, как после зоны. Кидаются на всё, что движется.
После этих слов стало очень неприятно, впервые слова так больно ранили. И хоть рана была не глубокая, что-то застряло под кожей, и долго покалывало, когда мы обсуждали знакомых ребят.
Мы вышли с Андреем из общаги часов в пять вечера. Яркое солнце последнего дня лета не давало настроиться на осенний серьезный лад. Казалось, что на улице лишь только начало лета, и даже джинсовая куртка, которую Андрей захватил, выглядела лишней. Он заметил мой взгляд,
— Это если ты замерзнешь.
— Ничего не предвещает того, что я должна замерзнуть.
— Тогда давай по мороженому для начала? А потом может куртка понадобится. Светик, ты какое любишь?
— Я люблю в кафе его есть, с шоколадным сиропом.
— В кафе — отлично! Выдвигаемся, значит,— Андрей взял меня за руку, и этим сразу показал, что прогулка не дружеская, а у нас свидание.
— Андрей, а где ты служил? — мне это действительно было интересно.
— В Чечне.
— О, не повезло.
— Да нет, я сам просился. И знаешь, очень повезло. Я жив и относительно здоров. Просто не знал, что такое война. Думал гонки на БТРах и песни под гитару. Кстати, как-нибудь посидим с тобой. Даже с вином. Не против?
— Нет. Почему относительно здоров, ты был ранен?
— В плечо,— он отбросил челку, — давай потом поговорим об этом.
— А ты до армии, что делал?
— В политехе учился, вылетел с третьего.
— За что?
— Да, сначала сессию завалил. Потом все как-то не так пошло.
Рассказывать он явно не хотел, я не стала его заставлять. Постепенно узнаю.
Любой другой расхвастался бы, но Андрею видимо реально был неприятен этот разговор про армию.
— Мне девочки сказали, что ты встречаешься с кем-то?
— Да, нет. Это друг, — ответила я, а сама прокляла в очередной раз Ромку и Лидку.
— О, тогда отлично, значит, и с ним мы подружимся. Слушай, а может, потом зайдем ко мне в комнату? Ко мне пока никто не заселился.
Меня предложение смутило. Можно пойти с Лидой, но вдруг Андрей заметит какая она красивая?
— Давай в следующий раз.
Мы прогуляли четыре часа, сидели в кафе, ходили по парку, я показала Андрею магазинчик канцтоваров и место свиданий под часам на городской площади.
Общаться с ним было легко, как будто я знаю его тысячу лет.
Подходя к общаге, в сумерках, он все же не вытерпел, развернул к себе лицом и нежно поцеловал в губы. Было очень приятно, может потому что давно не целовалась, может потому, что Андрей мне понравился. Прямо очень-очень.
— Жаль, что я на первом. Был бы на пятом.
— И что сделал?
— Сразу на тебе женился.
На третий этаж я летела как на крыльях. Попарив у двери, и найдя ключ в сумке, я тихонько открыла дверь.
— Как прошло? — Лида лежала на кровати с книгой, голова в бигуди. На спинке стула сушились колготки.
— Классный парень. Нет, правда!
— Я тут у ребят поспрашивала, он женат был, ему двадцать четыре. И ребенок имеется.