Лунный свет отражался от ткани, заставляя ее светиться, и К'алвек с трудом сглотнул. Он колебался, перед тем как распахнуть двери шатра и шагнуть внутрь. Повсюду горели свечи, и теплый свет отбрасывал тени на стены. Он вдохнул сладкий, насыщенный аромат душистых масел и горящего жира.
— Я подумала, что ты захочешь найти ответы. — Его мать сидела на стуле с высокой спинкой, над ней висел вырезанный из кости светильник со свечами. — Садись.
К'алвек опустился на пол напротив нее. Затвара нигде не видно. Впрочем, эта скотина не чувствовала бы себя как дома в ее шатре с мягкими ароматами и алтарями богинь. Его мать всегда ставила шатер, в котором молилась богиням. Он помнил, что даже в детстве верховная жрица часто ее навещала.
Как-то раз он спросил отца, почему у них до сих пор есть жрица, если дотвеки из-за болезни потеряли так много женщин. К'алвеку казалось напрасной потеря даже одной женщины, поскольку верховная жрица не брала себе пару. Его отец объяснил, что верховная жрица остаётся непорочной, чтобы передавать мудрость богинь, которая необходима для уравновешивания воинских инстинктов его народа.
— Мир — ничто без равновесия, — говорил ему отец. — Крестиксы оставили своих жриц и свою преданность древней богине мудрости, и посмотри, что с ними случилось.
К'алвек содрогнулся. Он не хотел походить на своих бывших собратьев, которые потеряли способность чувствовать эмоции других и больше не уважали планету. Вместо того чтобы жить в гармонии со своим окружением, крестиксы добывали камень и строили город, который выступал из земли, как зазубренные серые зубы. Они гнались за бессмертием с помощью медицинских экспериментов, по ошибке создав болезнь, которая распространилась на их женщин, а затем заразила дотвеков. Теперь в каждом племени осталось мало женщин, и все из-за потребности крестиксов в развитии, их стремления к большему. До него доходили слухи, что они делятся своими женщинами, хотя он и не представлял себе такого союза. Мысль о том, чтобы поделиться Даникой, заставила его кровь всколыхнуться.
Его мать издала низкий гортанный смешок.
— Это не станет твоей проблемой, сынок.
— Что ты знаешь? — спросил он. — Неужели ей и ее команде суждено спасти наш народ?
Она выдержала его взгляд, ее сумрачные глаза напомнили К'алвеку небо до того, как темные пески закружились по его поверхности.
— Это не мне говорить.
К'алвек почувствовал вспышку гнева. Если она не уверена, то как он может быть уверен? Никто не молится богиням больше, чем она.
— Ты понимаешь, какой это риск. — Она сказала это как заявление. — Для тебя.
К'алвек почувствовал, как по его шее поднимается жар.
— Я не претендовал на нее.
Его мать слегка пожала плечами, как будто его ответ не имел никакого значения.
— Когда это сделаешь, ты свяжешься с ней. Ментальная связь не разорвется, даже если она уйдет.
— Что насчет нее?
Она глубоко вздохнула.
— Этого я не знаю. Пришелецы никогда не связывались ни с кем из нашего рода. В наших историях рассказывается о гостях из других миров, которые приходят сюда, но никогда не соединялись с нами. Обладают ли ее люди такими же ментальными возможностями, как и мы?
К'алвек вскинул голову.
— Я так не думаю. Она казалась удивленной, когда почувствовала меня.
— Тогда я подозреваю, что она не пострадает.
— Хорошо. — Он облегченно выдохнул, хотя и не подозревал, что задержал дыхание, радуясь, что не причинит ей вреда. — Она хочет уехать. Будет лучше, если я помогу ей сделать это. Это не моя судьба, взять себе пару. У меня другая цель.
Она кивнула:
— А после того, как отомстишь, сын мой?
Только Куш знал о его плане, и он не сомневался, что кузен не выдаст его. Он упорно трудился, чтобы скрыть свои мысли и намерения.
— Мне никто не говорил, — ответила она на вопрос, которого он не задавал. — Я чувствую в тебе потребность, хотя ты и скрываешь ее.
Он отвел взгляд, чувствуя, как у него перехватило дыхание.
— Отомстить за отца — большая честь.
— Найдется много способов почтить память твоего отца. Ни один из них не вернет его тебе. — Она наклонилась ближе, и по ее лицу пробежали тени. — Он был великим дотвеком, который любил своего сына, как и я. Спроси себя, чего бы он хотел для тебя.?
— Он бы этого не хотел. — Он перевел взгляд на мантию, которая указывала на ее положение супруги вождя племени.
Она вздрогнула.
— Он поймет мою жертву.
Глаза К'алвека защипало. Жертва, которую она принесла, чтобы его защитить.
— Не трать даром то, что тебе дано, — прошептала она. — Мы с отцом знали, что ты превзойдешь любого из нас.