Ее щеки вспыхнули, и она смущенно улыбнулась.
— Если ты не возражаешь против жесткого пола.
К'алвек знал, что он не заметит твердости пола, если будет рядом с ней. Она умела заставить его чувства настроиться только на нее. Мысль о том, что он снова ляжет с ней, заставила его сердце учащенно забиться, хотя он и помнил предупреждение верховной жрицы. Он отмахнулся от нее. В любом случае уже слишком поздно. Он связался с ней, так что не сможет связать себя с другой женщиной, даже если захочет. Он не мог желать другое существо так, как желал это странную, хрупкую женщину.
К'алвек провел пальцем по ее щеке. Даника посмотрела на него и выдержала его жадный взгляд. «Возможно, она все-таки захочет остаться», — подумал он.
Глава 31
Даника взяла охапку грубых одеял, которые принес один из дотвеков. Затем посмотрела на импровизированный лагерь, который они разбили вокруг корабля: короткие пики одиночных палаток, джебели, устроившиеся на песке, поджав под себя ноги, дотвеки, прислонившиеся к мохнатым спинам, словно существа служили диванами, и горящие факелы, образовавшие периметр вокруг всего этого. Несмотря на то, что солнечный жар сменился жестоким холодом, дотвеки спали с обнаженной грудью и, казалось, ничего не чувствовали. Даника плотнее прижала одеяло к груди и задрожала.
Затем оглядела пустыню, но не увидела ничего, кроме громоздких очертаний пологих дюн и света лун, отражающихся от гребней холмов. Вокруг не слышно ни звука, кроме сопения джебелей и редкого храпа одного из дотвеков. Она зашла внутрь и закрыла дверь, услышав тихое жужжание компьютеров, сопровождаемое редкими звуковыми сигналами. Звуки были успокаивающими, хотя корабль только заставлял ее думать о своей пропавшей команде еще больше.
— Прекрати, — сказала себе Даника. — Ты делаешь все возможное, чтобы их найти.
К'алвек подошел к ней сзади и взял одеяла. Он развернул их на полу и начал раскладывать так, как она видела в палатках. Через минуту часть стального пола мостика была покрыта лоскутным одеялом из тканей и шкур животных. Это выглядело очень уютно.
К'алвек опустился на верхнее одеяло, которое выглядело самым мягким, и лег на спину, подложив руки под голову. Пульс Даники участился. Он казался еще более огромным, с сильными, мускулистыми руками и полностью выставленными напоказ мускулами живота. Несмотря на то, что видела его прошлой ночью голым, она внезапно почувствовала себя неловко. Одно дело одноразовая интрижка с невероятно горячим инопланетянином, но что она на самом деле здесь делала?
Она почувствовала укол вины, когда сняла кожаные ремни с груди и бросила их на пол. Неужели она использует его, чтобы найти своих друзей? Нет, подумала она. Прошлой ночью не было ничего, кроме чистой похоти и потребности сбросить серьезно накопившийся стресс. И К'алвек помогал ей не только потому, что она переспала с ним.
Нет. Он ведь предложил ей помощь в поисках экипажа, до того как у нее возникло желание запрыгнуть на него. То, что происходило между ними, было чисто физическим. По крайней мере, для нее, подумала Даника. Что еще это могло быть, если она покинет планету со своим экипажем в ту же секунду, как найдет их, и они смогут организовать спасение? И он знал, что ей здесь не место. Совершенно очевидно, что она не подходит для планеты с двумя солнцами и километрами песка.
Глядя на него сверху вниз, она ощущала его возбуждение. Один быстрый взгляд на его брюки, и она поняла, насколько сильно. Она оглянулась на закрытую дверь. Они остались совсем одни, и металлический корпус обеспечивал эффективную звукоизоляцию. Ей не нравилась мысль, что все его друзья услышат повторное представление прошлой ночи. Они не выглядели обескураженными этим.
К'алвек сел, мышцы на животе напряглись, и, взяв ее за руку, притянул к себе.
Даника села к нему на колени, обхватив ногами его талию. Она протянула руку за его широкую спину и провела ладонями по шиповатому хребту. Ей казалось странным ощущать костлявые гребни, которые покрывали его широкую спину, но также посылали через нее импульс. К'алвек весь напрягся, и она обнаружила, что это сильно ее возбуждает. В нем нет ни одной унции, которая не походила бы на гранит, включая огромный член, прижатый к ее ноге.
К'алвек уткнулся лицом ей в шею. Он хотел ее так же сильно, как и она его.
Даника не хотела думать о прошедших днях или о том, что может случиться завтра. Все, чего она хотела сейчас, — это почувствовать огромный ребристый член К'алвека в себе, чтобы забыть о страхе, затуманившем ее разум.