— Во-первых, скидывать сразу не будем. Во-вторых, доедем до соседней области. В-третьих, всех Щеглов возьмём. Вместе справимся.
Щеглов – это Ванькина фамилия, и по его фамилии весь класс называли Щеглами.
— Другая область говоришь?
Грыжа просиял, обрадовавшись, что Ванька вроде заинтересовался.
— Да, вообще, точняк, там свои люди работают.
— Ты нормальный? У тебя такое ощущение, что соседняя область – это соседняя страна, где тебя здешнее правосудие не застанет. Это не так, Витя!
Будьдобр хохотнул и увернулся от тумака Грыжи.
— Ты пацанов не бросай, — разозлился бритоголовый Витёк.
— Я как раз не бросаю, а вот что ты творишь со своими ущербными идеями?
Щегол нагибался к Грыже и смотрел прямо в глаза, но тут его взгляд врезался в шурующую мимо девчонку. И довольное его лицо расплылось в улыбке. Языком прищёлкнул и свистнул на весь коридор.
— Косуля! — закричал он, выпрямляясь.
Сам лично погремуху ей придумал, потому что вылитая косуля.
Соседка, можно так сказать, рукой подать до их богатого дома, от барака, где жил Щегол.
Он любил эту мелкую. Не так как Даринку, а как одуванчик на ножках.
Как такое не обожать?
Евка Хренсгорова обиженно надула пухлые губки.
— Утюг сломался? Чего не пригладила пушнину? — издевался Щеглов, щурясь от удовольствия.
Она покраснела от злости, грозила мелким кулачком. Волосы светлые чуть вились, и когда не выпрямляла, они у неё торчали из косы или хвоста, как у негры белокурой.
И это кайф!
Трогать нельзя, нюхать тоже. Только издалека дразнить. Карат за свою сестру может на блины раскатать. Он мужик взрослый и шуток не понимал.
— Нет, — тут же сказал Щегол Грыже, резко от умилённой, идиотской улыбки сменив выражение лица на бандитское и мерзкое. — Провально. Сам влипнешь и пацанов подставишь.
Щегол окинул коридор задумчивым взглядом.
— Дарины сегодня в школе нет, — предупредил Будьдобр.
Тогда Щегол мигом посмотрел в ту сторону, в которую ушла Косуля с подружками. Ей пятнадцать лет. У неё облако светлых пушистых волос вокруг головы, в которые попадал луч солнца, и они светились.
— Короче, я прогулял, скажешь Русинде, что у меня температура поднялась, — похлопал он друга по плечу.
— Не вопрос, — ответил Будьдобр и, не отрываясь от телефона, пошёл в класс.
Грыжа ещё постоял и отвернулся от Щегла. Всё было ясно: сейчас Ваньке не до настоящего дела, у него девки на уме.
****
Вообще ненавидел этот посёлок. Возможно, не сразу это пришло, а совершенно недавно, когда он понял, что нужно взрослеть. Если отказываешься от прошлого, то нужно иметь хоть какое-то представление о будущем, а в этом посёлке рутина, всё одно и тоже. Раньше жил спокойно: есть деньги, нет денег, всё равно кайф. А теперь деньги нужны каждый день. Они кругом, они везде, они преследовали его. И девчонки без них у него не будет. А он хотел.
Много чего хотел. Особенно весной.
Это такое время года, когда он с природой пробуждался. Солнце жгло макушку, и тепло как летом. Хотелось бежать, энергии немерено. И он решил выложиться! Наглым образом прогуливал уроки, поэтому накинув капюшон на голову, поспешил убежать с территории школы, пока его кто-нибудь не узнал и не остановил.
За школой пышно цвели кусты, и он спокойно бежал мимо, наслаждаясь их ароматом. Всё вокруг оживало и наполнялось новыми красками. И Ваня видел это.
А внутри томление, это чувство ожидания или желания чего-то. Оно связано с весной, так как в это время года многие люди начинали чувствовать желание перемен, новых впечатлений, любви… Последнего особенно хотелось.
Это особенный год, когда он изменился и стал старше. И дело не в возрасте, а в очередном жизненном опыте. Щегол и рад бы избежать такого, но каждый раз жизнь по шапке давала.
Но эта весна принесёт тепло и радость!
Старался ни о чём не думать, его особо не будоражил спор с Максом Журавлёвым. Иван точно знал, что выиграет. Просто он играл нечестно и слукавил.
Его покойная мать и мать Даринки, которая тоже умерла этой зимой, были подругами. Щегол с Даринкой , как брат с сестрой. Просто их вдвоём давно не видели, а на самом деле они близко знакомы. И он сейчас просто их отношения брат-сестра выведет на новый уровень парень-девушка. Как он это сделает, пока что не знал, но в конце концов, зря что ли в спортзал ходил. И тупорылый Гога посоветовал вымыться, так он и поступит – пойдёт вымоется у Даринки в квартире, в её ванной, и вещи свои постирает. Не выставит же она его голого на улицу.
План был великолепен, осталось только проникнуть к ней в квартиру.