Дарина много говорила. Заметно, что одна жила. Трещала бесконечно, раскладывала тарелки на столе. Иван вдруг принялся помогать. И конечно же, помоет за собой посуду. Здесь горячая вода, что не вымыть.
Надо обязательно внедряться в быт. Он в принципе многое мог сделать. Допустим, он посмотрел на кран, который немного протекал. Нет, сантехнику чинить не приходилось, но это не значит, что не сможет, посмотрит в интернете, и всё сделает.
— Затащить хотели? — поинтересовался Щегол, присаживаясь за маленький столик.
— Ну, да, как обычно, я не знаю почему всех колышет, что я одна.
— Ты уже не одна, — тут же перебил её.
— А знаешь, ты – не самый выгодный вариант, — посмеялась Дарина сильно покраснев, потом улыбка сошла с её лица.
— Чего ты боишься? — Он просто подумал, что она именно боится. — Или тебя волнует, что кто-то что-то скажет?
— Я не знаю, — она пожала плечами. — Я почему-то всегда думала, что парень должен быть намного взрослее. Ну, что у меня не было отца.
— У меня мать умерла, когда я был мелкий. Так это же не значит, что я должен тётку себе искать. Фигня всякая.
Голод, конечно, был страшный, и он подумал, что сначала надо выпить воды, иначе он эту кастрюлю приговорит. А с другой стороны и надо было приговорить эту кастрюлю и эту банку фасоли! Это он купил, и ещё купит. Пусть Дарина сразу привыкает к размеру его порций.
Ел молча, даже не замечая, что еда остыла.
— Вань, слышишь, насчёт денег. Тут слухи про тебя ходят.
— Какие слухи? — пробубнил он с набитым ртом и посмотрел на Дарину.
Она пока не видела в его взгляде ничего необычного. Он так люто глянул, а девушке казался идеально красивым.
— Дарин, я со всем сразу завязал.
Ему слухи были не нужны. Он, по крайней мере в чужих глазах, вёл приличный образ жизни. Хотя это было далеко не так.
— А этот, который живёт у вас в бараке? — докапывалась Дарина.
Щегол бы такое знакомство опустил, но никуда не деться.
— Кусок? — у Ивана дрожь по телу пробежала. — Да нет, — отрицательно покачал головой. — Кусок на десять лет меня старше. Ты думаешь я буду связываться с ним? К тому же он сидевший.
— Ладно. Фигню всякую говорят, — неожиданно перестала грузиться Дарина и начала аккуратно клевать фасолины, с усмешкой наблюдая, как парень ест с макаронами её хлеб, торопливо намазывая на него маргарин. — Ничего себе ты проголодался.
— Я много ем, но я себя сам кормлю, — кивал он. — Можно летом на работу устроиться.
— Я собираюсь. Хотя Даша хочет приехать. Какие-то у неё предложения.
— Не надо Дашку с её предложениями, — он с трудом сглотнул, уставился на Даринку во все глаза.
— Прекрати, неужели ты думаешь, что Даша аморальный образ жизни ведёт? Про тебя тоже на заборе написано.
— Я не думаю об этом, я думаю о том, — у него аппетит пропадал. Он посмотрел на свою девушку пристально. — Так вот, обо мне, как о твоей Даше.
Вот пусть сама теперь решает, где правда, а где ложь, раз сестру выгораживала.
— А будешь ли ты мне правду говорить? — поинтересовалась Дарина, продолжая по фасолине вылавливать из своей тарелки.
— Да, — кинул он.
— На самом деле, ты всегда был врунишкой, Ванечка.
Она посмеялась над ним, и он улыбнулся в ответ.
— Это не так, просто иногда приходится выкручиваться. Сама понимаешь, жизнь – не сахар.
— Понимаю, — согласилась Дарина. — Со мной не выкручивайся. И что касается Дарьи, я сейчас за её счёт живу.
— Понял. И я постараюсь найти работу поближе к дому, чтобы ты видела.
— Хорошо. У тебя есть экзамены в этом году?
— Да, но не такие, как у вас, — он вернулся к еде, но уже без зверского желания.
— У меня выпускной, пойдёшь со мной?
— Пойду, – кивнул он.
— Хочу, чтобы Даша приехала и купила мне платье на выпускной, — прошептала она, будто испытывая его.
«И что же я хуже Дашки?» — тут же влетела мысль в его голову.
Он сам Даринке платье купит.
— И дорогое платье на выпускной? — поинтересовался он. — Может я успею подзаработать?
— Разные есть платья, — туманно ответила Дарина.
— Давай, ты выберешь, а я в городе работу найду.
Она перестала улыбаться совсем.
— Дарина, — позвал он, не зная, что произошло.
— Журавль сегодня предлагал мне платье купить, — ответила она и смотрела ему пристально в глаза.
— Вот только не связывайся.
— Почему? Дашка мне такое не купит.
— А потом по рукам пойдёшь. Или сразу к его друзьям на вечеринку, в дорогом платье, — он откинул от себя тарелку и сложил руки на груди.