- Ты подожди здесь, - говорит Сашон. – Я сейчас.
Он выходит, подхватив пакет с грязным бельем. Тузик снимает капюшон, развязывает шарф. Из коридора слышится приглушенный разговор.
- Александр, я не понимаю этой дружбы! – голос тети Сони, матери Сашона, звенит. – Чем тебе интересен мальчик младше тебя, да еще и из неблагополучной семьи? Он даже говорить-то толком не умеет!
- Мама!
- Неужели ты не в состоянии найти друзей в классе? – настаивает тетя Соня.
- Нет! Они все тупые, - голос Сашона почти срывается.
- А Тузик нет? – с иронией интересуется тетя Соня.
- Да. Представь, он не похож на других.
- Не понимаю. Просто не понимаю, - пауза. – Это все потому, что у тебя нет отца.
- Я, что ли, в этом виноват? – Сашон переходит на крик. – Прекрати, мама. Надо постирать вещи.
- Ладно.
- У нас есть печенье? Может, я пока поставлю чайник?
Стук двери в ванную, пиликанье настроек стиральной машины, бренчание посуды в кухне. Тузик несмело показывает нос из-за ширмы, оглядывает знакомую обстановку. От пола до потолка стеллажи пыльных книг, диван с несобранной постелью, стол, заставленный бутыльками лекарств, раскиданные вещи. И застоявшийся воздух, в котором пахнет болезнью. Мальчик переминается с ноги на ногу, двигает губами из стороны в сторону, всовывает большой палец в рот. Темные шелковистые волосики плотно прилегают к черепу как шерстка.
Торопливые шаги. Появляется Сашон - светлый хохолок волос на макушке, веселые глаза, ямочки на щеках.
- Слушай, ты ведь, наверное, ничего не ел сегодня? Да? Я там чай сварганил. Давай, навернем с печеньками, пока стирается?
- Пи-пи, - с непроницаемым выражением сообщает Тузик.
- Пи-пи??.. Ты уверен? Слушай, надо подождать чуток. Там мама.
Сашон помогает Тузику снять куртку и промокшие матерчатые туфли. Потом ведет в кухню, где уже налиты две кружки и поставлено печенье. Тузик взбирается на табуретку, ставит локти на стол, подпирая круглое лицо, и принимается болтать ногами. Сашон откусывает печенье, отпивает чай.
- Ты чего не ешь? – спрашивает он. – Колбасы все равно нет.
- А ма? – интересуется Тузик.
- Она не будет, - корчит недовольную мину Сашон. – Не хочет.
Тузик прикрывает ладошкой один глаз, открывает, затем прикрывает другой. Обстановка не меняется: заросшие паутиной углы, серые от пыли стекла, отстающие обои, выцветшие и ободранные шкафчики, плита в старых потеках. Посопев, Тузик тянется к печенью. Медленно входит мать Сашона.
- Дружочек, неужели ты в этом ходишь на улицу? – изумленно подняв брови, тетя Соня демонстрирует туфлю Тузика.
Тот хмурится, сжимает рот в точку и принимается двигать ею туда, сюда. Сашон, кинув быстрый взгляд на друга, тут же приходит на выручку:
- Мам, сейчас ему больше нечего надеть. Ну, честно.
Женщина хмыкает, качает головой и заявляет:
- Зачем тогда гулять, если «нечего»? Это же верный путь к простуде! – она еще раз выставляет туфлю напоказ. - Сидел бы дома, в таком случае… Не понимаю! Куда смотрят твои родители? – тетя Соня сурово вглядывается в обоих мальчиков, будто кто-то из них способен дать ей четкий ответ.
Сашон опускает глаза, Тузик пальчиком колупает клеенку.
- Тебя мама так отпустила гулять? – не унимается женщина.
- Это я виноват! – вдруг вступает Сашон.
- Ты?? А ты-то, милый мой, тут при чем?
- Ну, - мнется тот. – Это я позвал Тузика гулять. Даже зашел за ним.
- Да ну? – преувеличенно удивляется тетя Соня. – То есть, именно ты виноват в том, что у твоего приятеля нет обуви?
- Мама!
- Что?
- Ты отлично все понимаешь! – почти выкрикивает Сашон. – Просто я должен был проследить, чтобы он не выходил на улицу в этом.
- Замечательно. Но какой же тогда из тебя старший друг? – с сарказмом замечает тетя Соня.
Тузик молча слезает с табуретки, ковыляет к выходу.
- Ты куда? – кидается за ним Сашон.
- Я посёл, - сообщает тот, не оборачиваясь.
- А все из-за тебя! – зыркает Сашон на мать. – Слушай, ну погоди, - это он уже Тузику. – Хочешь, в машинки поиграем?
- В масинки? – притормаживает Тузик.
- Ага. Здорово ведь?
Женщина провожает их задумчивым взором, жует губами, словно не решается о чем-то спросить.
В своем закутке Сашон выволакивает из-под кровати коробку с маленькими гоночными машинами, облупленными, частично лишенными колес, но все равно неизменно привлекательными для двух мальчишек.
- Разобьемся на команды? – спрашивает Сашон.