- Но ты же, - не находит Анька слов. – Э-э… Ты же маленький! А она взрослая тетка, нахрен. Да еще как кабан.
- Не кабан, а синья! – заявляет Тузик, двигая ртом.
- Вот-вот, - еще больше смущается Дюха. – Прикинь! Еле вырвался. Вот и грохнулся у вас. Какая муха ее, нахрен, укусила?
- Странно, - медлит Анька. – Ты ничего не путаешь, нахрен?
- Ты издеваешься, что ли? – краснеет мальчик. – Больно мне надо такую хрень выдумывать!
- Странно, - опять начинает Анька, но вспомнив про себя, тоже краснеет и замолкает.
- Вот я и говорю, - вздыхает Дюха.
- Ну, - девочка отворачивается, теребя платье. – Вот гадина! К маленьким лезть…
- Да брось, я ж не маленький вовсе.
- Для нее – маленький! – твердо заявляет Анька.
- Ну, наверное. Как в дерьме вывозила, блин! Вся такая липкая и противная. Фу!
- Забей на нее, и все, - тут Анька исподтишка зыркает на мальчика. – Ты Тузика пришел проведать?
- Ага, - пауза. - Ну, и вообще узнать, как у вас дела, - подумав, добавляет Дюха. – У вас все в порядке?
- Ну, да. А чего? Тузик вон почти поправился. Да, Тузик?
- Дя, - глубокомысленно подтверждает тот.
- Ну, вот. Родоки в длительной отлучке, по ходу. Да, блин, без них и спокойнее как-то. Реально.
- Э-э, ну, ладно тогда, - Дюха мнется. – А что это за хренотень у вас тут была позавчера поздно вечером? – неожиданно даже для себя выпаливает он.
- Позавчера? – подозрительно спрашивает Анька. – Это во сколько?
- Да уж сильно темно было. Заскочил я к вам. Ну… - Дюха медлит.
- И чего? – видно, что Анька тоже несколько не в своей тарелке.
Дюха не торопится отвечать, внимательно рассматривая коридор там, где он видел не понять что. Тузик безмятежно покусывает острыми зубками нижнюю губу, ожидая разъяснений. Потом дергает друга за рукав.
- Сьто? Сьто быё?
- Да я у вас чуть в штаны не наложил со страху! Думал, что вам всем пришел каюк. Реально.
- Картохи хочешь? – вдруг предлагает девочка.
- Чего?? – изумляется Дюха.
- Есть хочешь, спрашиваю. У меня картохи нажарено, - Анька теребит подол платья.
- Да не. Сытый я сегодня. Спасибо.
- Ну, может, чай тогда попьешь? Правда, без всего.
- Ну, давайте.
Девочка, размахивая правой рукой, направляется в кухню. За ней трусит Тузик. А замыкает шествие Дюха, которому по-прежнему не по себе. Он оглядывается по сторонам, засовывает руки в карманы и даже вжимает голову в плечи.
- Ты сьто видей? – оборачивается к нему Тузик.
- Да хрен знает, - не сразу отвечает его дружок. – То ли пиявку такую огроменную, ростом с большую собаку, то ли еще что. Оно все переливалось и было такое мерзкое, жесть! А еще оно пыталось меня сцапать. Прикинь? Я в натуре чуть не обделался. Даж не помню, как от вас вывалил.
- Ма сьто ли? – обращается Тузик к сестре, пока она подсаживает его на табурет.
Анька молча пододвигает его к столу, начинает расставлять стаканы, пробует, насколько горяч чайник.
- Аньк? Сего не говоис?
Дюха поднимает глаза на девочку, машинально стряхивает крошки с замызганной клеенки.
- Реально, Анютка. Чего молчишь?
Девочка разливает чай, нарезает хлеб, ставит его на стол, садится. И только после этого смотрит на Дюху.
- Так ты, типа, был здесь позавчера? – она берет кусок хлеба, макает его в чай и откусывает.
- Ну, да. И маленько что не обделался. Я ж говорил. Вот два дня не мог заставить себя проведать вас. Боялся, что вы уже мертвяки мертвяками, - Дюха дергает себя за ухо. – Да еще эти жути тут.
- Что конкретно ты видел, я, конечно, без понятия, - продолжает через паузу девочка. – Мы тебя не слышали, у нас дверь в комнату была закрыта, - тут она кидает взгляд на брата. – А закрыта она была потому, что маманя у нас сильно заболела. Да, Тузик?
- Дя, - подтверждает тот, сося корочку хлеба. – Боеет. Зуть.
- Ты только не трепись, ладно? – обращается Анька к Дюхе.
- Кому мне трепаться? Ты чего? – вытаращивает он глаза. – Я реально могила, ты ж знаешь.
- Ну, - тянет девочка. – Короче, парша у нее какая-то, жесть. Смотреть страшно. Прям разлагается… В общем, это мы от нее закрылись. Чтоб случаем не зашарашилась к нам ночью. Как представишь, что тронет, аж блевать охота, - она передергивает плечами от омерзения.
- А сейчас-то она где? Вы ж одни, типа.
- Ну, свалила, по ходу. Опохмелиться там. Или еще чего. Папаню могла пойти искать опять же.
- Так ты думаешь, я ее видел?? Ну, ты даешь! Хрен это похоже на человека.
- А на сьто? – вступает в разговор Тузик.
- Да на дерьмо какое-то, блин. Страшное такое, нахрен. Склизкое. Вонючее. Ф-фу! Как из фильма ужасов. Реально.
Все некоторое время молчат, жуя хлеб и солидно запивая его чаем. Тузик болтает ногами, Дюха зачем-то дует в свой полупустой стакан.