Тройной писк. На той стороне кто-то появился.
blue400 (18:00:51 15/10/2012)
На связи. Подтвердите присутствие персональным кодом.
Быстро ввела восьмизначный код.
sviristel306636 (18:01:24 15/10/2012)
Я тут. Сообщаю, что ничего не произошло. Группа с экземпляром не вернулась.
Минутное ожидание.
blue400 (18:02:34 15/10/2012)
Понятно. У группы возможны затруднения. В контракте оговорены эксцессы.
sviristel306636 (18:04:04 15/10/2012)
Я знаю, что такое форс-мажор)) Простите, но две недели – это ту мач… Сколько еще ждать?
Минутное ожидание. Как же бесит их предусмотрительность.
blue400 (18:05:23 15/10/2012)
Группа ищет необходимый экземпляр. Это займет немного времени. Не беспокойтесь. Проведите диагностику оборудования. К прибытию экземпляра необходимо в максимально сжатые сроки изучить и передать полученные данные. Мы отдельно сообщим о скором получении экземпляра. Конец связи.
Единичный писк компьютера.
Я устало закрыла глаза. В лаборатории шумел кондиционер, дул тёплым очищенным. Искусственная атмосфера. Всё тут искусственно. Даже горшка с растением нет. Как объяснили, только полезная нагрузка, транспортный вертолёт не волшебная палочка. Интимная радость технофила, а не лаборатория.
Лучше бы меня Коваль зажал в углу. Он хотя бы красит досуг. Если бы лабораторное оборудование разрешили использовать для полевых исследований округи, земельку проверить, воду изучить, насекомых собрать, растения описать… Но заказчик думает, что будет лучше, если нашим праздным рукам недостойно делать научный прорыв по своим направлениям.
Шлюз зашипел, открылся люк. Прошел мой Кирюша внутрь. Надел лабораторный халат, рассказал, как Волчек втихушку от работодателя изучает снаружи генетические пороки в растениях. Это надолго.
– Зря нацепил, – сказала я и сбросила с себя белое одеяние.
В жилой секции очень глухой звук. Трехъярусная кровать, сейф с оружием, сейф с аварийным запасом, резервный коммуникатор, маленький стол и крутящиеся стульчики, мини-кухня, кабинка с туалетом и душем. Всё. Спартанский рай.
Сидим, жуём. Волчек за свое, за теорию. Коваль внимает. Я уже не спорю. Сдалась.
– Концептуально такое решение вполне оправдано. Не требуется хирургическое вмешательство. Мутация Homo hirudolis на эмбрионном уровне замечательна по своему исполнению. Это почти что голос богочеловека.
– Угу, – котлетка в моем рту мешала произнести что-то более внятное.
– Но здесь встает вопрос. На самом деле, вопросов очень много, но я считаю нужным акцентироваться на главнейшем. Если это эмбриональная мутация, то сколько потребуется времени на доведение существа во взрослую стадию? Месяцы? Годы?
– Интересное замечание, – подметил Коваль, протирая маленькие губы. Сегодня его длинная русая челка слиплась с черепом. Кому-то пора в душ, – готов поспорить, что процесс ускорен при помощи чего-то.
Волчек словно ждал фразы “готов поспорить”, лишь бы устроить научный диспут.
– А что, если экземпляр окажется буйным? – спросил Коваль.
– У нас транквилизаторов хватит на убийство всех слонов на свете, – сквозь пережевывание ответила я.
– И всё же, не стану надеяться на усыпительное и оружие. Тем более, что только у меня боевая подготовка, – Коваль, похоже, нашел во взгляде Волчека смущение, решил успокоить старика. – Наверное, это только мои страхи. За две недели ни одного нападения на лабораторию. Удивительно даже для меня. Обычно в Зоне что-нибудь да случается. А тут и кабаны с собаками виду не подают.
– Наш работодатель всё предусмотрел, – добавил старый прутик. – В конце концов, как мне объяснили на инструктаже, нужно делать так: если нарушена безопасность, то из секции А бежать в секцию В и запереть люк, потом бежать в секцию С и тоже запереться, включить аварийный транспондер и ждать.
– Ну да, ну да, – ответ Коваля прозвучал многозначительно. Сказала бы, словно не веря в такую безопасность. – Правда, что в жилой секции стенки толстые, бронебойные. Простукивал остальные, потоньше и похуже.
– Вот видите, всё учтено в мероприятии, – Волчек всё-таки принялся за котлетку.
Я почти доела пюре из сухого картофеля, как загудели наручные часы.
Лысая старая голова безбровным удивлением посмотрела на меня: “Что, так рано?”.
– Неужели это случилось? – заулыбался Коваль.
Я встала со стульчика, потянулась за картой, открыла шлюз. Секция В без окон, в ней темно почти всегда, но сейчас зелёный экран освещал лабораторию. Да, заказчик на связи. Тройной писк.