Все мое существо бурно сопротивлялось этому. Такого просто не может быть!
Я снова набрала мамин номер. Тот же ответ – номер не обслуживается. Мало того, все сообщения из моего телефона исчезли, как не было. Неужели я больше ничего про маму не знаю?
Я плотно зажмурила глаза и сосредоточилась, пытаясь поймать ускользающее воспоминание. Какой-то сквер, и трава зеленая, и листья на кустах еще не облетели. Была рядом со мной мама или нет? Не помню… вообще не помню ее лица. Волосы помню – густые, рыжеватые, кожа гладкая… полная такая женщина… вроде бы мы сидим с ней на лавочке, и солнышко припекает…
Но как я туда попала, в этот скверик? Может, там живет мама?
Тут перед глазами встало строение со светящейся буквой «М» над входом.
– Фрунзенская! – обрадовалась я. – Мне нужно метро «Фрунзенская!»
– Ты чего? – Милка подошла незаметно и дернула меня за рукав. – Шеф снова на взводе, как приехал из налоговой – так рычит на всех, как голодный тигр. Кофе ему принесла – так он мне его на голову чуть не вылил.
– Это потому, что ты кофе заваривать не умеешь, и он у тебя гадостный, – неожиданно для себя сказала я.
Вот уж это зря, ссориться с Милкой мне совсем не хотелось, все-таки мы с ней приятельствуем, обедаем вместе, вот в салон красоты она меня затащила.
Милка не обиделась, только посмотрела внимательно и сказала, что у меня неприятности. Машину, что ли, сильно побили?
Я вспомнила про авто и ушла с обеда, сказав Милке, что мне нужно в ГИБДД.
Однако вместо того, чтобы забрать машину, я поехала на станцию «Фрунзенскую».
Я свернула в переулок, в другой… ноги сами вели меня куда-то.
Теперь я шла по безлюдной улочке, сердце билось учащенно, неровно. Я остановилась, чтобы успокоиться, взять себя в руки. Я словно чего-то ждала, с тревогой и затаенным страхом.
Справа открылась дверь подъезда, на крыльцо вышла старушка с кошелкой, удивленно взглянула на меня и прошла мимо.
Я снова пошла вперед.
Это должно быть где-то здесь, совсем рядом. Очевидно, мы с мамой здесь встречались, и встречались не раз. Я помнила этот хмурый кирпичный дом с узкими, словно крепостные бойницы, окнами… и это кривое дерево… и даже эту каменную тумбу возле подворотни…
Но я так и не могла вспомнить мамино лицо.
Помнила силуэт, пышные волосы, а вместо лица какое-то смазанное пятно. И голоса маминого не помню. И ее запаха.
Странно. Как все это странно.
Я дошла до перекрестка – и ноги сами понесли меня налево.
Впереди было серое унылое здание, окруженное ажурной оградой. Ворота были широко открыты, и я вошла в них.
Это место было мне определенно знакомо.
Возле крыльца курили две молодые женщины в белых халатах, чуть в стороне стояла машина с красным крестом. Похоже на больницу… Так и есть.
Я не стала подходить к крыльцу, вместо этого пошла вдоль здания, оглядываясь по сторонам и пытаясь вспомнить.
Чуть в стороне от дома, под большим разлапистым деревом, стояла скамейка. Я вспомнила ее, на этой скамейке мы с мамой разговаривали, только не помню о чем.
Я снова попыталась вспомнить мамино лицо – но так и не смогла. Только силуэт, фигура в бежевом пальто, красивые, хорошо уложенные волосы, обрамляющие лицо, но на месте самого лица – овал без глаз, безо рта, пустой белесый овал…
На скамейке кто-то сидел. Сердце мое забилось. Неужели это она, мама? Однако, приглядевшись, я увидела, что это какой-то старик в шляпе с низко опущенными полями.
Я пошла дальше – и вдруг почувствовала какой-то резкий химический запах, и тут в душе моей что-то промелькнуло, не воспоминание даже, а тень воспоминания. С этим запахом что-то было связано, что-то очень неприятное…
Я пошла дальше, дошла до угла здания, обогнула его.
С этой стороны была еще одна дверь, должно быть, служебная. При виде ее я растерялась. Эту дверь я точно где-то видела, и видела совсем недавно…
Выкрашенная тускло-красной краской металлическая дверь, посредине ее нарисован большой зеленый круг, а в центре этого круга странный рисунок – то ли скорпион, то ли огромный паук с маленькими красными глазами…
Ну да, я же видела эту дверь в беспамятстве, когда похитившая меня злобная девица ударила меня электрошокером.
Сердце снова часто и неровно забилось.
Я здесь точно была, я точно видела эту дверь – но когда? И что здесь со мной происходило? И почему я ничего не помню?
И тут дверь скрипнула и начала открываться.
Я метнулась в сторону, как испуганный заяц.
К счастью, совсем рядом с дверью были густые кусты, какой-то вечнозеленый хвойный кустарник – можжевельник, что ли, и я спряталась за ним.
Дверь открылась, и из нее вышел мужчина.