Димка надулся, потому что понял, что романтического ужина нынче не предполагается. Но он вечно хочет есть, поэтому быстро утешился, глядя в меню.
– Ну? – спросил он, когда мы сделали заказ и ему принесли нефильтрованное пиво, а мне чай. – Что-то подсказывает мне, что ты не на свидание меня пригласила.
Я посмотрела на него внимательно. Димка сменил наконец тон и выглядел непривычно серьезным.
– Какая-то ты не такая, – сказал он в ответ на мой взгляд, – не такая, как раньше. Что-то в тебе изменилось…
– Это стрижка другая, и покрасилась…
– Не то. Алинка, с тобой ничего не случилось?
Ого, Димка-то, оказывается, вовсе не такой балбес, каким кажется! Но в мои планы не входило объяснять ему ситуацию. Тем более я сама еще в ней не разобралась.
Принесли заказ, и мы поели в молчании, что тоже было странно, Димка – ужасный болтун.
После я решилась и положила перед ним телефон.
– Снова без кода открыть не можешь?
– Нет, с этим порядок, вот я звонила по этому номеру. А ты можешь сделать так, чтобы выяснилось местонахождение телефона, по которому я звонила? Где он в данный момент находится?
– А тебе зачем? – по инерции спросил он, но посмотрел мне в глаза и молча достал свой навороченный телефон.
Постучал по клавиатуре, уставился в экран, подождал немного, стал нажимать кнопки, затем снова обратился к клавиатуре, подумал немного, почесал в затылке, чертыхнулся тихонько, изумленно свистнул и поднял на меня глаза.
– Тут все очень хитро запущено. Так просто не определить. Вот если бы на том телефоне, который ты хочешь найти, было заранее установлено специальное приложение, тогда без проблем…
– Так не сможешь? – Разочарованию моему не было предела. – Димочка, ты ведь такой умный!
– Оно конечно, – солидно кивнул Димка, – только дело не в уме, а в оборудовании. У меня мощности не хватит.
– И что делать? Облом?
– Почему облом? Сейчас поедем в одно место…
Он быстро набросал сообщение на телефоне, а пока ждал ответа, я расплатилась с официантом.
– Только сначала заедем в зоомагазин! – предупредил Димка, когда мы сели в машину.
– Тебе зачем? – удивилась я.
– Надо, – отмахнулся он с загадочным видом. – Делай, что говорят, и ни о чем не спрашивай.
Надо же, как он изменился, а говорил, что я роза его души и царица его сердца…
В зоомагазине Димка набрал корма и еще каких-то палочек и игрушек для грызунов.
– У тебя что – дома белая крыса живет или свинка морская? Ты мне никогда не говорил…
– Да не у меня… Сказал же – не задавай лишних вопросов!
Мы приехали в центр, машину оставили на проспекте, а сами прошли проходными дворами к переулку, там снова зашли во двор.
Парадная была неказистая, однако дверь железная, хоть рыжая краска на ней давно облупилась, ярко проступала только надпись, выполненная голубой краской крупными аккуратными буквами «Худяков – козел». И ниже, другим почерком, и розовой краской: «Одобряю».
Мы долго поднимались по узкой и темной лестнице, где пахло застарелой едой и кошками. Один раз из темноты сверкнули на меня зеленые глаза, и раздалось раздраженное шипение, этаже на четвертом проскользнула мимо хвостатая серая тень, и только было я собралась заорать, как Димка больно сжал мою руку.
Вообще он был какой-то непривычно серьезный, я его таким никогда не видела. Впрочем, я не присматривалась.
Наконец, этаже на шестом, а может, и выше, мы остановились перед совсем обшарпанной дверью, и Димка легонько в нее постучал костяшками пальцев, потому что на двери не было никакого звонка, номера квартиры тоже не было.
– Кого еще принесло? – послышался голос откуда-то сверху.
Голос был непонятно чей – не то мальчишка-подросток, не то старушка.
– Мы договаривались, я звонил… – вполголоса проговорил Димка, также глядя вверх. Что у них там – камера? Как ни вглядывалась я в потолок, ничего не заметила.
Так постояли мы минут пять, очевидно, нас изучали. Мне захотелось показать язык, но Димка снова крепко сжал мою руку – не вздумай, мол, веди себя прилично.
Вот интересно, раньше я не замечала, чтобы он умел читать мысли. Впрочем, как уже говорилось, я к нему особо не присматривалась.
Наконец дверь открылась, и на пороге… на пороге стояло такое чучело, что я даже зажмурилась на мгновение. Это была девчонка, почти подросток, маленького роста, очень запущенная, с немытыми спутанными волосами, худенькая и бледная до синевы. Одета она была в черные засаленные и продранные на коленях джинсы и темную же майку, которая была велика ей размера на четыре. Пахло от девчонки чем-то звериным, как в зоопарке.