— Вы хотели поговорить, — сказал он, не называя ни имени, ни титула.
Эльвисса села напротив, не снимая плаща.
— Мне нужна личность, — сказала она без вступлений. — Полная. Происхождение, история, документы. Такая, которую не развалит ни одна проверка.
Он слегка наклонил голову, словно прислушиваясь не к словам, а к тому, как они сказаны.
— Новая жизнь, — заметил он. — Или запасная?
— Единственная, — ответила она. — С возможностью перемещения по империи и за ее пределами.
Он усмехнулся — едва заметно.
— А дальше?
— На эту личность будет оформлено имущество. Земля. Дом. Деньги. В том месте, которое я укажу. Все должно выглядеть естественно.
Он помолчал, затем медленно откинулся на спинку стула.
— Вы знаете, — произнес он спокойно, — что подобные заказы редко приходят от людей без веса. И почти всегда — от тех, кто боится потерять больше, чем деньги.
Эльвисса не ответила.
— Маска хорошая, — продолжил он. — Манеры — тоже. Я не знаю, кто Вы, миледи… — он сделал паузу, нарочно. — Но Вы определенно из тех, кто ходит по коридорам императорского дворца не как гость.
Она встретила его взгляд прямо.
— Вас интересует заказ или ответ на Ваши догадки?
Он коротко рассмеялся.
— Меня интересует только одно: платеж и тишина. В остальном, я умею не знать лишнего.
Он наклонился вперед и назвал сумму.
Цифра была высокой. Настолько, что обычный человек побледнел бы или начал торговаться. Эльвисса лишь кивнула.
— Это возможно, — сказала она.
— Тогда возможно и все остальное, — ответил он. — Сроки?
— Как можно быстрее. Но без спешки, которая оставляет следы.
— Разумно.
Он взял перо, сделал пометку на листе — не имя, не дату, лишь знак, понятный только ему.
— Я все сделаю, — сказал он. — И буду молчать.
Затем добавил, почти дружелюбно:
— Не потому, что Вы опасны. А потому, что люди вроде Вас редко уходят навсегда. Они просто меняют форму.
Эльвисса положила на стол тяжелый кошель и поднялась.
— Вы получите остальное, когда я увижу первые результаты.
— Разумеется.
Она направилась к выходу. Уже у двери он произнес ей вслед:
— И еще, миледи… Если Вам понадобится исчезнуть красиво — сообщите заранее. Это стоит дороже.
Она не обернулась.
Дверь закрылась мягко, без стука.
А в комнате осталось ощущение сделки, которую невозможно отменить, только довести до конца.
**
Эльвисса почти сразу поняла, что ей нужно именно море.
Не из-за романтики. И не из-за драматизма.
Потому что море — единственное, что не подчиняется императорам.
На суше Крейнар поднял бы все. Развернул бы следствие, нарушил бы любые уставы, раскопал бы каждый камень, допросил бы каждого свидетеля, запытав до полусмерти — и не остановился бы, пока не получил тело. Или доказательство, что тела нет.
Море так не работает. Море не обязано возвращать. Море не обязано объяснять.
Море не вступает в переговоры. Если оно забрало — оно просто забрало.
Она знает это не понаслышке: флот Фроствальда терял людей именно так. Без тел.
Без могил. С официальными формулировками, от которых невозможно отмахнуться, но невозможно и спорить. «Тело не обнаружено. Вероятно, унесено течением» — это фраза, которую невозможно опровергнуть ни указом, ни гневом, ни любовью.
И еще одно.
Пожар.
Огонь на воде — редкость, но не чудо. Он не вызывает подозрений, если есть корабль, груз, масло, смола, ткань, ночь и ветер. И он дает то, что особенно важно: даже если что-то всплывет, оно не будет опознаваемым.
Не лицо. Не тело. Не человек.
Следствие получит обломки, гарь, обгоревшее дерево, клочья ткани, может быть — металлические фрагменты. И на этом все.
Крейнар будет искать. Он прикажет прочесывать побережье, поднимать карты течений, допрашивать капитанов, вызывать адмиралов.
И упрется в предел. Не потому, что он слаб. А потому что так устроено море.
Эльвисса приняла еще одну вещь, с холодным облегчением: для брата это будет не только утрата, но и отсутствие точки, в которую можно ударить. Ни виновного. Ни тела. Ни преступления, за которое можно отомстить.
Только катастрофа. А катастрофы — единственное, с чем даже императоры вынуждены смириться.
Она еще не знает, где, когда и под каким именем. Не знает, какой корабль и какой маршрут. Это все потом.
И она решила главное: если ей надо исчезнуть так, чтобы Крейнар поверил и смирился - море и огонь справятся лучше всех.
**
Комната была выбрана правильно: не подвал и не кабинет. Нейтральное помещение над лавкой, с окнами во двор и толстыми шторами. Здесь не прятались, здесь не задавали лишних вопросов.