До места дошли быстро, через астрал топал куда медленнее.
В столовой народа куча. Тут и участники инцидента, и люди в форме военной полиции, и просто дядечки в штатском. Все серьёзные, смотрят по-деловому, с прищуром так, будто дырку прожечь пытаются.
— Ну вот, все в сборе. Готов? — словно из под земли вырос вчерашний следователь, а из подсобного помещения вывели Эдика.
— Второй твой товарищ пока ходить не может, вместо него в эксперименте наш человек поучаствует.
Виталий не был замешан в убийстве, в этом я был уверен, впрочем как и в Эдике, поэтому их присутствие было совсем не обязательно. Меня больше другое заботило, глядя на собравшуюся толпу, я снова начал сомневаться в успехе. Тут голос единичный выделить проблема, а уж мысль нужную поймать, наверняка вообще из разряда фантастики.
— Мне кажется народу было меньше.
— Не обращай внимания, это всё наши люди, они не помешают.
— Помешают. Верните меня в больницу, мне нехорошо.
— В смысле? — напрягся следователь. Проводить сие действо без главного подозреваемого бессмысленно, поэтому к моему заявлению он должен был прислушаться.
— В прямом. Я отказываюсь сотрудничать, пока тут такая толпа.
— Ты уверен? Это ведь в твоих интересах?
Всё время что довелось общаться с представителями военной полиции, не покидало ощущение что они считают меня крайне недалеким. Вот и сейчас, хотят чтобы я сознался в убийстве, и в лицо говорят что это в моих интересах. Ну не бред ли?
— Уверен. Верните меня в больницу.
— Подожди здесь. — недовольно скривился следователь, и направился к одиноко стоящему столику за которым сидели двое мужчин.
Наверняка начальство.
Подошёл, доложил, на меня посмотрели внимательно, один из «начальников» небрежно махнул рукой, следователь направился к толпе, и через несколько минут народу стало в четверо меньше.
Начался эксперимент.
Мы с Эдиком сели за столик, напротив уселся незнакомый здоровенный тип, по сценарию заменяющий Виталия.
Подошёл официант, — тот самый, спросил что будем заказывать, я ответил, следом заговорил «Виталий», снова я, Эдик — в общем, плюс-минус, мы повторили предшествующий драке диалог.
Операторы, а их оказалось двое, близко не подходили, снимая происходящее с расстояния нескольких метров.
Роль жертвы — убитого подпоручика, тоже играл другой человек.
Подойдя к нам и повторив слова оригинала, дождался когда «Виталий» ударит его — разумеется не всерьёз, после чего отступил, дожидаясь дальнейших указаний.
Чуть погодя в «драку» стали вмешиваться остальные участники. Стараясь действовать в том же порядке, они постоянно путались, горячо обсуждали кто кого бил и от кого кому прилетело. В пылу драки на многое не обращаешь внимания, поэтому заставить повторить действия каждого «след в след», не получалось. Кто-то говорил что вообще не дрался, кто-то утверждал обратное, но единого мнения не было ни у кого.
Мне же, для того чтобы выявить убийцу, нужно было заставить его думать в нужную сторону, причём думать «отчётливо и громко». Вот только как это сделать, я не имел ни малейшего понятия.
Заострить внимание? Но как? Мелькнула мысль крикнуть что-то вроде «Я знаю кто убийца!» или «У меня есть доказательства!» Да, шанс что виновный задёргается, наверняка был, но учитывая что все присутствующие уже прошли через полицию и не раскрылись, шанс этот, такой себе, мягко сказать, минимальный.
Но время шло, и мы наконец дошли до финала, то есть до того момента когда подпоручик получил в бок нож.
Шли к этому моменту непросто, постоянно перепроверяя и дополняя, а тут совсем застопорились. Долго спорили кто где стоял и что делал. Выходило не очень. Если послушать участников потасовки, никто из них и близко не подходил к убиенному.
— Вот вы где находились? — набычась, спрашивал следователь.
— Тут. Передо мной ещё Русаков стоял, я его затылок хорошо запомнил!
— Ты чего? Я к тому времени в отрубе валялся! — живо возразил здоровенный детина в чёрной форме с погонами поручика, по всей видимости и являвшийся Русаковым.
— Пашка дело говорит! — поддержал его тип в штатском, — Сам видел, ему мелкий этот — ткнул он пальцем в Эдика, стул о голову разбил!
— Тогда не Русаков, значит… А-а!.. Вспомнил, это Левка Сермяжный был. Ну точно он!
— Ты, Васяня, чего-то напутал… — недовольно скалясь, развернулся ещё один, средних лет мужчина в застиранной форме без знаков различия. Я еще раньше на него внимание обратил, уж больно внешность запоминающаяся. Росту высокого, наполовину лысый, в плечах сажень, нос набок, а в глазах печаль. Хорошо еще что не дрался он, разнять пытался, а то бы прилетело от такого, вообще не собрали бы.