Но нити все так же оставались порванными.
Затем я вспомнила незаживающую ледяную рану, оставленную черным мечом. Я была отравлена, а Люк – нет. Черный клинок отреагировал на мою магию, даже несмотря на то что от моих нитей остались только обрывки.
Закрыв глаза, я сосредоточилась на нитях. На их месте поселилась боль, которую я все еще ощущала, но теперь там появилось что-то еще. Связь, тонкая, как шелковая лента, и пустота. Я думала, что чувство сытости, которое я испытывала в лесу, было ловушкой Диких Земель, но что, если меня наполняла магия этих мест?
Какие бы силы я ни использовала, это оставило меня истощенной. Я тихо выругалась, осознавая, насколько я не сведуща в магии. Рен говорил, что использование магии походило на напряжение мышц. Мне оставалось только надеяться, что мои силы восстановятся после отдыха, потому что я понятия не имела, как восполнять свои запасы магии.
– Как долго я спала?
– Около часа, – прошептала Кьяра. – С тех пор, как Корант и второй мужчина вышли из комнаты, в нее никто не заходил.
Мари заговорила низким шепотом:
– Корант был каким-то другим.
– Другим? – я тоже понизила голос.
– Он говорил так… грубо.
Лорд из Рииги, приезжавший к Коранту, напал на Кьяру в саду. Корант пытался поговорить со мной на балу. Марко, Кора и Энцо покинули дворец, чтобы избежать влияния этого человека. Я тихо выругалась. Стражник Кьяры покинул ее. Наверняка Корант выставил у ворот своих людей: при нападении не прозвучало никакого сигнала тревоги. Кого еще он подкупил?
– Это как-то связано с пошлинами? – из темноты прозвучал голос Кьяры.
– Пошлины? – я все еще думала о том, насколько распространилось влияние Коранта.
– Риига втрое повысила пошлины на наше зерно, и фермеры начали паниковать.
Я кивнула в ответ. Энцо упоминал это еще при нашей первой встрече, а затем еще раз – в библиотеке. Библиотека! Корант упомянул, что они начнут свои поиски оттуда. Учитывая инцидент, произошедший в саду, он определенно пытался использовать Кьяру для образования союза между Риигой и Турией.
Мои глаза постепенно начали привыкать к темноте, и я разглядела испуганные лица принцесс. Я должна была их защитить. Почувствовав на руках засохшую кровь, я вытерла ладони о штаны.
– Я не знаю, что именно нужно Коранту, но ваша безопасность сейчас важнее всего. Мы обязательно найдем способ выбраться, просто нужно быть терпеливыми и проявить смекалку. Это будет грандиозным приключением, – в моем голосе звучал наигранный восторг.
Я провела несколько недель посреди Диких Земель, пытаясь выжить в одиночку, и с тех пор никак не могла забыть это парализующее чувство страха. Если бы мне удалось заставить принцесс мыслить позитивно и сохранять спокойствие – мы могли бы выбраться из этой ситуации живыми.
– Лейн? – тихий голос Мари смешивался с окружавшей нас темнотой.
– Да, Мари? – я потерла глаза запястьями, пытаясь понять, что делать дальше. Мы не могли никому доверять: неизвестно, скольких слуг и стражников подкупил Корант. Мы оказались в ловушке, запертые в потайной комнате посреди дворца, полного врагов. У нас не было воды, еды или хотя бы единого шанса на то, что нам удастся добраться до города незамеченными.
– Как ты сделала нас невидимыми? Они пробегали совсем рядом, а некоторые даже смотрели сквозь нас. Это была магия? – голос девочки звучал совсем робко. Неужели она боялась меня? Стоило ли ей меня опасаться? Я вспомнила, какое могущество ощутила при виде гаснущей жизни в глазах незнакомого солдата.
Я потянула себя за косу, пытаясь привести свои мысли в порядок. Если я расскажу принцессам, что магия исходила от меня, – проведут ли они параллель с Дженесарой?
– Я не уверена, Мари. Мой отец дал мне этот меч и кольцо, объяснив, что они особенные. Мне хотелось вас защитить, но я не знаю, как я это сделала и способна ли я на что-то еще, – я ужасно скучала по Рену. Он знал о моих нитях, о моей магии. Он бы точно знал, что нам делать.
– Ты делала это раньше? – голос Кьяры звучал смелее, как будто она представляла меня персонажем одной из ее сказок.
– Нет, ничего подобного.
– Зачем твой отец дал тебе эти вещи? – спросила Мари, пододвигаясь вперед и скрещивая ноги.
Я облизнула свои потрескавшиеся губы.
– С их помощью я защищала принцессу Халенди, – это было близко к правде.
– Невесту Энцо? – спросила Кьяра.