Настала очередь Энцо вмешаться в разговор:
– Мы встретимся с ними для переговоров. Вы отправитесь с нами в качестве советника, лорд Карвер?
Он стиснул зубы, но все равно кивнул.
– На переговорах может присутствовать пятеро…
– Я – пятый, – вмешался Люк, обводя всех присутствующих устрашающим взглядом, и никто не стал с ним спорить.
Карвер прицепил ножны к поясу и приказал позвать сигнальщика, чтобы поднять белый флаг. Он выехал на утоптанное поле между двумя лагерями, пока мы с лордом Карвером, Энцо, Люком и Реном ждали у турийской оборонительной линии. Над нами висели низкие серые облака.
– Они проявят почтение к белому флагу, Энцо. Это сработает, – прошептала я.
Но со стороны рощи, в которой стояли халендийские шатры, просвистела стрела, и сигнальщик с криком свалился с лошади. Испуганное животное развернулось и побежало в обратную сторону.
По турийскому лагерю прокатилась волна тихого бормотания: так звучало отчаяние, утонувшее среди затоптанной травы и грязи. Начался сильный ветер.
От изумления я чуть не открыла рот.
– Я не знаю… как они могли…
Рен обхватил рукоять меча, словно собирался в одиночку сражаться со всей халендийской армией, а Люк и Карвер схватили его за руки, чтобы удержать от любых необдуманных поступков.
– Что нам теперь делать? – за моей спиной раздался шепот одного из солдат Карвера.
Энцо положил руки на голову, разглядывая линию халендийской армии, в поисках другого решения.
Это был белый флаг. И как только они посмели, эти маленькие, трусливые…
Я сорвала с косы кожаную ленту, позволив ветру подхватить мои пряди.
– Отпусти его, Люк. – Освободившись, Рен встал рядом со мной и снова попытался достать меч, но я положила ладонь на его руку. – Исцели сигнальщика, а я займусь стрелами, – я вытащила свой меч, и солнце осветило холмы, подернутые голубой дымкой.
– Ты не можешь… – начал Энцо, но я покачала головой.
– Это наш бой. И мы закончим его сегодня.
Люк положил руку ему на плечо.
– Отпусти их, дири. Она вернется назад.
Энцо поджал губы, но кивнул, отпуская меня.
Я взяла Рена за руку, и нас окружил магический щит. Позади раздались выкрики турийских солдат. Моя магия восстанавливалась медленно, но ее должно было хватить.
– Я проведу нас, а ты вылечишь его.
Рен кивнул, и я заметила, как пульсировали вены на его шее, пока он смотрел в сторону нашего лагеря. Кто отдал приказ предать закон белого флага?
Мы шли по скошенной траве грязного луга, который должен был стать сегодняшним полем боя. Мертвых унесли еще ночью, но их кровь все еще виднелась на земле.
Мой брат опустился в холодную грязь возле стонущего сигнальщика. Стрела глубоко вошла в его плечо. Рен излечил его рану, а затем прошептал:
– Беги обратно к своему лагерю.
Солдат не колебался ни минуты: он вскочил на ноги и кинулся обратно.
Я позволила щиту вокруг нас исчезнуть. Мы стояли посреди поля, брат и сестра, лицом к лицу со своими соотечественниками. Рен упер руки в бока, а я сжала рукоять меча. Ветер развевал мои волосы, словно еще одно знамя.
– ВАШ КОРОЛЬ ТРЕБУЕТ ПЕРЕГОВОРОВ, – взревел Рен, заглушая ветер.
В этот раз из-за деревьев не прилетело ни одной стрелы. Ни один звук не нарушал гнетущую тишину.
Затем перед нами появился всего один человек. Подбежав достаточно близко для того, чтобы рассмотреть нас, он упал на колени.
– Ваши Величества!
За его спиной раздался крик, и над полем пронеслись радостные возгласы. Хлопая черными крыльями, над рощей взлетела небольшая стая птиц.
С турийской стороны не доносилось ни звука.
Мужчина подошел к нам, Рен заговорил прежде, чем он успел открыть рот.
– Согласно правилам, на переговоры можно привести пять человек. С нами будут еще трое.
Мужчина – теперь я узнала в нем одного из капитанов Леланда – поклонился и начал бормотать что-то о том, что мы, конечно же, можем привести еще трех человек.
Я помахала рукой, и остальная часть нашей группы – Энцо, Карвер и Люк – ступила на поле. Мое сердце забилось быстрее, а инстинкты подсказывали, что мне не стоит и близко подпускать Энцо к месту сражения.
Эмиссар повел нас сквозь деревья, и по лагерю прокатился рокот голосов. Он становился громче по мере того, как солдаты выходили из своих шатров, чтобы посмотреть на нас.
– Не нравится мне все это, – пробормотал Люк.
От сотен взглядов, направленных нам в спины, у меня чесалось между лопатками. Энцо шел сразу позади меня. Я гордо подняла голову и вошла в большой круглый шатер вслед за Реном, а все остальные последовали за мной.