– Где я? – Я прижала меч к себе и убрала книгу обратно в карман. – Сколько времени я здесь провела?
Женщина наклонила голову точно так же, как ее сын.
– Ты здесь не больше часа, карина. Ты в нашем боско. В Турии, – с этими словами она перевела взгляд на мои волосы.
Я сглотнула, и мой желудок заныл одновременно с лодыжкой.
– Не в Диких Землях? – спросила я и, прихрамывая, подошла к окну. Мы находились на равнине, но в темноте было сложно разглядеть что-то еще.
– Она странно разговаривает, – прошептала маленькая девочка.
– Тихо, – предупредил ее отец.
– Дикие Земли? – спросила женщина. – Конечно нет, карина. Никто не ходит… – она осеклась, снова рассматривая мою одежду и волосы.
Ледники, я сказала слишком много.
– Карина – не мое имя, – сказала я в надежде сменить тему разговора.
Мальчик усмехнулся.
– Это не имя.
Женщина щелкнула на своего сына языком, и, хотя я никогда прежде не слышала этого звука – прекрасно поняла, что он означал.
– Меня зовут Ирена. Мой муж – Лоренцо, а это Карло и маленькая Джия. Я называю тебя «карина», потому что не знаю твоего имени.
– Я… – Я сглотнула, но у меня во рту было слишком сухо. Комната снова начала вращаться у меня перед глазами.
– Присядь, – одновременно сказали Ирена и Лоренцо, взяв меня под руки и осторожно усадив на кровать.
– Ты совсем плохо себя чувствуешь? – спросила Ирена, помогая мне облокотиться о стену.
– Моя мама о тебе позаботится, – уверенно кивнув, сказала Джия.
Я кивнула в ответ, слабо улыбнувшись уголками губ. Я больше не была в Диких Землях. Они не будут заставлять меня остаться. Я больше не забуду.
Лоренцо раскрыл руки, собирая своих детей и направляя их к маленькой комнате.
– Пойдемте, дети, пришло время ложиться спать.
Дети громко протестовали, несмотря на то что Карло зевал, а Джия терла глаза своими крошечными кулачками.
– Что тебя беспокоит, дитя? – спросила меня Ирена, когда мы остались одни – насколько это вообще было возможно в таком маленьком доме. Она подошла к длинному столу и перелила воду, поблескивающую в свете камина, из ведра в миску. Затем, вымыв руки, женщина вытерла их о полотенце. Все это пробудило во мне воспоминания, которые я оттеснила на задворки своего разума. Воспоминания о матери и о ее теплых руках.
Что меня беспокоило? Комната расплылась у меня перед глазами, и, когда я зажмурилась, по моим щекам потекли слезы. Мой отец. Мой брат. Элейн, Мастер Хафа, Леланд и все солдаты, которые успели стать моими друзьями. Мое королевство. Мое будущее. Мое настоящее. Все это беспокоило меня.
Когда я не ответила, между ее бровями появилась морщинка волнения.
– Пожалуйста, можно мне еще воды? – хрипло спросила я, облизнув пересохшие губы.
Она наполнила хрупкую керамическую чашку и села на стул подле меня. Мои трясущиеся руки пролили немного воды, но большая часть все же попала мне в рот. Прохладная, освежающая жидкость стекала по моему горлу, и я знала, что больше никогда не получу такого невероятного удовольствия от простой родниковой воды.
Поставив чашку на колени, я отклонила голову, чтобы отдышаться.
– Можно мне еще немного еды? Если у вас осталось хоть что-то, чем вы могли бы поделиться, – прошла всего одна неделя, но я почти не узнавала свой собственный голос, словно Дикие Земли изменили его. Ирена погладила меня по плечу – простой жест, но такой непривычный, – после чего она принесла мне небольшой ломоть хлеба.
– Не ешь слишком много, или тебя стошнит.
Она наблюдала за тем, как я отщипываю маленький кусочек и кладу его в рот. Я жевала медленно, вдыхая аромат хлеба и наслаждаясь каждым моментом. Женщина усмехнулась. Наверное, она подумала, что я была… каким-то турийским вариантом скитальца из Ледяных Пустынь.
– Приятно видеть, что тебе нравится моя выпечка, – ее глаза все еще смеялись.
Я слишком устала, чтобы улыбнуться или посмеяться вместе с ней. Мой подбородок опустился на грудь, а веки потяжелели, не в силах сопротивляться уюту этого дома. Жар камина окутывал меня, словно одеяло: не онемением, как Дикие Земли, а настоящим теплом.
– Это самая вкусная выпечка, что я когда-либо пробовала.
Ирена помогла мне лечь на спину, несмотря на то что я изо всех сил боролась с сонливостью. Я должна была поблагодарить ее: они спасли мне жизнь. Но крошечная часть меня все еще не была уверена, что все это не очередной обман Диких Земель.
Смех исчез из ее карих глаз.
– Я не знаю, от чего ты бежишь, дитя, или как ты оказалась на моем пороге в таком виде, словно Дикие Земли прожевали и выплюнули тебя, но мы рады помочь тебе. Можешь оставаться здесь, пока не будешь готова идти дальше.