– Рассказать тебе сказку про белого бычка Ваську?
– Да.
– Ты расскажи, я расскажу. Рассказать тебе сказку…
Такими вот сказками потчевала меня в детстве бабушка, когда я уж очень ее донимал и пытался сесть на голову. Вспомнилось после того, как Валькирия подсела ко мне за столик и стала мило щебетать, живо интересуясь моими делами и выражая море участия и сочувствия. И каким образом от нее отделаться? Ссылаться на занятость бесполезно, я у нее постоянно под колпаком. Проявлять нарочитое безразличие, после того как плотоядно пялился, значит вызвать еще больше подозрений. Играть роль недалекого или жутко стеснительного, или еще какую не вариант в связи с полным отсутствием актерского таланта. В принципе скрывать мне нечего, кроме того, что вроде имею какое-то отношение к Джоре, поэтому решил не запираться и дозированно раскрывать информацию о себе, по возможности топя ее в потоках воды, и в ответ выведать максимум полезной информации.
Ну что же, полезной информации в трескотне – ноль целых ноль десятых, про себя рассказал вроде бы немного, хотя ряд вопросов заставил изворачиваться, из-за постоянного напряжения еду проглотил, не заметив вкуса, а это вообще трагедия – лишила нехорошая зубастая самка единственной отдушины в этом придурочном мире. И судя по ее энтузиазму все происходящее до этого покажется тихим и уютным…
Объект разработки позитивно прореагировал на тест, результатом которого стало выявление болевых точек, которыми оказались нейросеть, обучение базам знаний, комбинезон, прочие же темы вызывали типичные реакции, не выходящие за пределы стандартных показателей.
Выученные базы по ведению следственных действий, психологии и проведению допросов позволяли составить алгоритм, при использовании которого по реакции объекта формулировать внешне не связанные вопросы, тем не менее уточняющие основную тему, и далее уточнять до получения полного ответа либо признания объекта. Решив не форсировать события, чтобы не настраивать его по отношению к себе враждебно, после выявления основных проблем перевела тему на личность объекта и, щедро рассыпав похвалу, направилась разрабатывать сценарий следующей беседы – в этом деле нельзя упустить ни одной мелочи.
Если у Фокусника были глаза и уши, он бы зажмурился и плотно закрыл уши руками, чтобы не слышать этого бреда. Более нелепого ведения допроса и тупых попыток скрыть сведения представить было невозможно. Как же измельчала за прошедшие тысячелетия служба безопасности и программа подготовки командующих! При наблюдении за их противостоянием можно со стыда сгореть, и очень хочется прибить обоих.
Так как обоих убить не вариант, но помогать своему как-то надо, стал Тихому предлагать способы противодействия. Первый и самый простой вариант: с помощью диверсионного дроида и искина корабля устранить Валькирию, замаскировав убийство под несчастный случай. Потом для надежности предложил устранить и Капитана или конкретно, чтобы все было четко, с помощью противоабордажной системы при поддержке Тихого уничтожить всю команду целиком, догнать и уничтожить грузовик и, добравшись до обжитых мест, свалить с корабля на челноке, предварительно подготовив корабль к самоликвидации и запустив таймер. К сожалению, Тихий не принял ни один из вариантов, обозвав меня маньяком. Но помечтать-то невредно?
Едва унес ноги под маньячные советы Фокусника и прозрачные намеки с его стороны на мои умственные отклонения и, едва добравшись до койки, заснул в падении.
В связи с нежеланием провоцировать Фокусника на принятие крайних мер и самому в этом участвовать решил избегать разоблачения, уклоняясь от вопросов и тупо прячась от Валькирии. В большинстве случаев это удавалось – на тренировках она меня не беспокоила, в столовую я крался, когда, по данным Фокусника, Валькирия была чем-то занята (душ принимала, спала, в рубке дежурила и так далее), остальное время не вылезал из кубрика, изображая сон.
На самом деле большую часть свободного времени тратил на изучение передвижения нашего конвоя, информации о системах, которые предстояло посетить, и планировал примерный маршрут до места, которое для себя определял как дом. Правда, чем ближе он становился, тем меньше мне хотелось домой, так как ничего этакого меня там не ждало – копеечная зарплата, неинтересная работа, заурядная подруга, которая, чего уж скрывать, наверняка давно про меня забыла. Моя команда во мне тоже не особо нуждалась и крокодильи слезы вряд ли проливала и точно не проливает их до сих пор, по прошествии кучи времени.