И все дружно, что было сил, трижды повторили этот клич. Покрасневшая от смущения девушка уткнулась лицом в плечо Лакку, юноша в ответ, словно стараясь защитить, закрыл её рукой.
Призывая всех успокоиться, Сергей поднял ладони вверх.
– Это ещё не победа. Нам предстоит следующий бой. Андрей, – он посмотрел на товарища, – давай!
Медленно стих гомон, и ребята посмотрели на следующего бойца, лица их стали серьёзными. Нанна сочувственно поджала губы и, погладив по плечу, произнесла:
– Тебе придётся труднее. Но знай, мы сейчас с тобой. – И посмотрев на остальных землян, добавила: – если вы сегодня проиграете, то, оставшись с нами, что не так уж и плохо, вы не останетесь одинокими.
Приятели склонили головы.
– Спасибо друзья.
Андрей принялся разоблачаться и, закончив процедуру, встал напротив Янгора. Учитель осознал, что в первый раз допустил непростительный промах, недооценив противника. При схватке силы и ловкости победу чаще празднует последнее. Прозвучало следующее имя:
– Торин!
Близнец вышел на середину, сопровождаемый обеспокоенными взглядами обоих братьев, и, обратившись к Сергею, предложил:
– Я видел у вас мечи, было бы неплохо дать им порезвиться.
– Нет. Не в этот раз. – Он развёл руками, – одно из главных условий поединка, это его честность, а против нашего оружия вашему не устоять.
Сергей перевёл сказанное товарищу. Андрей кивнул, подошёл, взял свои ножны. Когда его меч появился на свет, прозвучал удивлённый вздох, золотое лезвие с пробегающими по нему рунами дышало силой и уверенностью. Торин усмехнулся:
– Красиво. И пусть моё оружие не так впечатляет, – он взял в руки добротный двуручный меч с изрядно потёртой рукояткой, что говорило о его частом использовании, и выставил против Андрея, – но…
Слова замерли в горле. Едва заметное движение кистью и меч его противника, как молния, проделав замысловатую восьмерку, вернулся в прежнее положение – нацеленным ему в переносицу. Через мгновение на землю посыпались осколки лезвия, а в руках аборигена остался только короткий обрубок, бывший, когда-то его верным оружием. Сердце Торина сжалось, посмотрев на остатки меча, он подозвал брата и с грустью передал ему остатки. Тем временем Андрей, убрав своё оружие, вернулся и вытянувшись в струну, встал напротив. Начался поединок, и шест вновь начал своё плавное движение вниз. Этот противник казался полной противоположностью Атамону, такой же широкоплечий, но гораздо ниже ростом и очень подвижный он, возможно раздосадованный потерей оружия, сразу же ринулся в атаку. Слегка присев Торин мелкими и замысловатыми шагами неукротимо пошёл вперёд, его руки, в попытке дотянутся до врага, замелькали подобно языку змеи. Казалось, что у мальчишки, при каждом шаге противника отбегающим спиной вперёд, нет ни каких шансов, ещё чуть-чуть, и он попадёт под эти издающие страшный сабельный свист, удары. Но время шло, а ничего не менялось. Заметив, что его попытки не достигают цели, в груди Торина стало появляться раздражение. Дико захотелось ухватить этого неуловимого мальчишку, зацепить хотя бы одним пальцем и тогда он уже не вырвется. А когда этот молодой нахал окажется в руках, то он перегнёт его через колено и как нашкодившего ребёнка отхлопает по мягкому месту. Ему придётся ответить за всё, но главное – за меч! Сколько лет, сколько побед и поражений было прожито вместе! И вдруг, какой-то…
Чувствуя, что ещё не много и его может захлестнуть опасный враг каждого бойца, живущий внутри него – ярость, Торин сделал глубокий вздох и, на миг, закрыв глаза, убрал все лишние мысли из головы. Оценив и переосмыслив происходящее, он сменил тактику. Прекратил наносить удары, остановился и немного присел, сжавшись, словно тугая смертельная пружина, взгляд глаз горящих огнём схватки внезапно стал стальным, таким же холодным и несгибаемым. Андрей же наоборот, казалось бы, только чудом, питаемым сильным страхом, сквозившим из его глаз, избегавший до этого кулаков, словно бы осел под стальным взглядом противника. Оставаясь стоять с прямой спиной и высоко поднятым подбородком, его глаза стали выражать полное безразличие ко всему происходящему, это был взгляд жертвы осознающей и полностью смирившейся, с тем, что через пару мгновений жизнь неминуемо оборвётся в зубах хищника. Зрители притихли, они ждали развязки. Всем было ясно, что стоит только Ждущему поймать землянина и поединок тут же закончится, юноша будет растерзан.
Торин прыгнул. Его прыжок напомнил атаку агирра, с началом движения, от груди вперёд пошли руки прижатые друг к другу запястьями. Одновременно сжатые в кулаки кисти стали раскрываться наподобие цветка-захвата агирра. Неожиданно Андрей сделал большой шаг вперёд навстречу противнику и немного влево, не сгибая спины, резко присел и быстрым, молниеносным выпадом нанёс колющий удар Торину в район правой подмышки. Ждущий остановился и с удивлением посмотрел на свою правую руку, она перестала действовать и повисла плетью. Не давая противнику опомниться юноша пошёл в атаку, кружа вокруг Торина, то приближаясь, то отбегая, он наносил один за другим колющие удары, после каждого у Ждущего немела какая-нибудь часть тела. Через три минуты поединок можно было считать оконченным – получив удар с тыльной стороны колена, Торин рухнул, завалившись на бок и устремив свой взгляд в небо. Лакк сорвался с места на помощь брату, но его тут же удержал Евгений. Крепко обняв, он с энтузиазмом принялся что-то негромко говорить в самое ухо самозваного спасателя, а когда тот немного успокоился, то отпустил и продолжил разговор, одновременно что-то показывая руками, за которыми юноша стал наблюдать с большим вниманием.