– И он, – словно во сне ответил Евгений.
– Да? – Девушка сощурилась, – а ты меня не обманываешь?
– Нет, он с нами… нет, мы с ним. Он…, да что ты ко мне пристала! – Очнулся Женька, – неужели не видишь, что я стою, горами любуюсь, размышляю о том, как хорошо вернуться домой.
– Куда? Так ты из Перу? Говоришь очень хорошо. А почему сказал, что русский? Ой! А вы как сейчас здесь оказались? Из камня раз! И стоите тут!
Евгений поджал губы и посмотрел на Тиаго.
– Твоя подружка?
– Хотелось бы.
– Сочувствую.
– Она хорошая, и смелая. Просто всё ночь просидела молча, поговорить было не с кем.
– Эдак ведь и лопнуть могла. Береги её.
– Угу.
Тере от возмущения чуть не задохнулась.
– Ах вы! Да вы знаете кто вы? А ты вообще! – Она резко повернулась к Тиаго, – и я не твоя девушка!
Зажав рот рукой, Евгений виновато посмотрел на обоих.
– Милая девушка, приношу свои извинения, если стал невольной причиной вашей ссоры. Я искренне сожалею и прошу заранее простить меня и этого замечательного юношу.
– Да ну вас… – Тере махнула рукой.
Андрей с Сергеем подошли к беседующим.
– Заканчивай налаживать контакты, тем более что получается это у тебя плохо. Взял, да и поссорил друзей.
Тере попыталась было что-то ответить, но внезапно осеклась и широко открыла глаза. К ним подошёл фар. Приятели тут же замерли и устремили немигающий взгляд вдаль.
– Тегард. Место большой доброты и великой скорби.
– Здесь что-то произошло, Учитель?
– Да. Это был один из центров вашего мира. Здесь было всё прекрасным: дома, жители, их деяния и поступки, время проведённое здесь – всё, от камней до мыслей. – Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. – Смотрите, вот каким я его оставил.
Фар Аки взмахнул рукой. Сначала медленно растаял Мачу-Пикчу, но не весь, а только верхние надстройки, обнажив фрагменты странных и непонятных конструкций. Затем изменилась сама гора, она стала подниматься вверх и расти вширь, пропала растительность и часть террас. Придирчиво осмотрев получившуюся картину и, по-видимому, оставшись довольным, великий закрыл глаза и повторил взмах руки. С низины подобно живым белым змеям заструился белый туман, приблизившись к обломкам, сменил цвет и форму став неотличимым от материала этих конструкций.
Происходящее заставило всех замереть, а Тере тихонько охнуть. Словно с объёмного холста стёрли изображение сказочного дворца, оставив случайные фрагменты, из которых стало невозможно представить, не только целую картину, но и частью чего каждый из них являлся. Только что это была ниша с волнисто ажурным потолком, удивительно удобной по форме тела кушеточкой и фигурным, словно вырастающим из стены столиком – взмах невидимой тряпкой и перед вами что-то красивое, но совершенно не понятное. Но вдруг исчезнувшее не захотело исчезать, и вот уже сначала только прозрачные контуры, придающие смысл, прорисовались в воздухе, а затем, с убыстряющейся скоростью, из тумана появились стены, арки, окна, целые дома, площади с фонтанами. Город рос, заполнив собой не только площадку перед горой, ушёл от неё на значительное расстояние, с помощью полукруглых опор, зацепился за склон. В результате друзья оказались на площади в центре волшебного города. На месте Интиуатана высилась небольшая пирамида, высотой на пару метров превышая знаменитый камень, и являющаяся зрительным центром всего поселения. Действие закончилось, земляне стояли замерев, боясь пошевелиться, но больше, пока, ни чего не происходило.
– Кто вы? – выдохнула из себя Тере, развела руки в стороны. – Где мы?
Фар Аки открыл глаза, осмотрелся.
– Перед вами изображение, можете считать его голограммой, прекрасного города Тегард. До его разрушения, – добавил он вздохнув.
– Странно, как-то, – Тиаго развёл руками, – чего-то здесь не хватает. Дома, площади, фонтаны – всё красиво, но как-то недоделано, что ли. Нет законченности.
– Точно, – Тере закивала, – я знаю чего не хватает. Нет росписи, резьбы… узоров.
– На нашей планете гораздо меньше открытой воды, чем на Земле. Вода на Небе большая ценность, отчасти поэтому нам больше нравятся ровные и волнистые поверхности, а линии и неровности раздражают, напоминая потрескавшуюся почву.
Девушка улыбнулась:
– Вы не видели храм Луны.
– Мы видим и… сохраняем всё, что происходит в вашем мире. Самая большая ценность для любой рассы – это её история. Настанет время, когда мы объединимся. Это будет наш подарок, и тогда вы узнаете о своём прошлом всё.
– Или, – Тере приподняла вверх указательный пальчик, – кто-то готов будет отдать всё, лишь бы никто ничего не узнал.