– Похоже, ему стало хуже…
– Ну что смотришь, лекарь? Взялся, а сам и не можешь?
– Что ты какой злой? Лучше бы помог Евгению, если конечно знаешь как, а то критиковать мы все можем.
– А ну-ка дай мне попробовать, – Сергей попытался пододвинуть друга, но тот недоверчиво закрыл собой примарианца. – Да не бойся ты, не обижу я его. Смотри и учись.
Ускорившись, он подошёл с другой стороны к ранам аборигена, не снижая скорости, достал из него все три куска и немного подумав, убрал их к себе в карман. Время пошло обычным порядком, друзья заметили, что раненого стало слегка трясти, по поверхности всего листа несколько раз прошлась волна мелкой дрожи. Евгений ещё сильней прижался к пострадавшему, не переставая тихонько поглаживать его гладкую поверхность, и укоризненно посмотрел на друга.
– Зря на меня косишься, если бы ты медленно стал вытягивать, было бы всё гораздо хуже, а ему гораздо больней.
Примарианец, слегка оттолкнув Женьку, не спеша свернулся в трубу и ушёл под землю.
– А где спасибо? – Сергей усмехнулся, – вот тебе и вся благодарность.
– Если бы мы не пришли сюда со своими визжалками, то и благодарить было бы не за что…
– Ну хватит! – перебил он резко друга, – ну не смешно уже! Если бы они не хлопали анну, то и нас бы здесь не было, – и спросил, повернувшись к Андрею, – что дальше?
– Я думаю…
Но о чём он думает друзья так и не узнали, закончить ему не дали. Зашуршал, зашевелился под ногами песок, приятели отбежали в сторону. На том месте, где они только что стояли, поднялся бархан, из которого стал медленно появляться бок какого-то существа. Диаметром оно не превышало свёрнутого в трубу листа примарианца, было такого же цвета фукси, только в отличие от него, всё покрыто шевелящимися очень тонкими отростками длиной около пяти сантиметров. Со стороны, в свете звёзд, казалось, что оно покрытой мехом, который от ветра шевелится и переливается всеми оттенками фиолетового цвета, только очень медленно, словной находилось под водой и морские волны, не спеша перекатываясь играли этим чудом чужой природы. Зрелище завораживало. Друзья подошли в плотную, Евгений протянул руку, пытаясь погладить чужака, но Андрей успел его перехватить.
– Погоди, не торопись. Если не ошибаюсь это вторая часть примарианца.
– Да, это так, – раздался голос аватара из ближайшего робота.
– Ну и что?
– А то, что при помощи этих волосков он, скорее всего, двигается. – Андрей выждал паузу, давая время товарищу осознать сказанное, – а теперь представь себе, на минуту, какая сила у них должна быть, чтобы разогнать эту махину до такой скорости!
– Пальцы лучше любой яйцерезки нашинкует. – Сергей усмехнулся. – А это что такое?
Абориген немного шевельнулся, и друзья увидели торчащий из него белый отросток, внешне очень похожий на червя, толщиной около трёх сантиметров и длинной больше метра. В районе, где он присоединился к корпусу, «мех» не шевелился, повис скомканными прядями и был такого же мутно-белого цвета.
– Похоже на прилипалу. – Евгений почесал затылок, – я помню, по телевизору видел, показывали: кит плывёт в море, а на нём сидят рыбы прилипалы.
– Нет, здесь не то, – Сергей покачал головой, – там они вместе путешествуют, а этот похоже – паразит. Видишь, как всё вокруг укуса побелело, как будто соки из бедолаги сосут. А вот этим местом наверно о камни тёрся, чтобы содрать эту гадость, – он показал на два продолговатых шрама, просвечивающих через белый мех.
– Надо бы помочь…
– А мы и не догадались…
Женька снял рубаху, намотал её на руку и стал аккуратно раздвигать слипшиеся пряди в районе присоединения червя. Примарианец продолжал лежать не шевелясь. Добравшись до тела, друзья ни чего особенного не увидели. Паразит, проткнул шкуру несчастного, спрятав свою голову где-то внутри его.
– Что будем делать? – Евгений обратился к друзьям, ища у них поддержки. – Тянем?