– Тринадцать… – он аккуратно убрал с неё не существующую пылинку и вздохнул.
Сергей, с интересом следивший за перемещениями товарища, усмехнулся.
– Не вздыхай и не переживай, всё равно «ни чего не светит».
Евгений не отрываясь от своего занятия – созерцания прекрасной незнакомки, склонил голову на бок и тихо ответил.
– Да причём тут «светит» или «не светит». Ты когда шедевром, например, нарисованной картиной любуешься, думаешь о том, что сможешь её приобрести или нет? Так же и красивая девушка – смотри, если есть возможность, мечтай, о чём хочешь, строй планы, но… – он развёл руками.
Сергей откровенно засмеялся.
– Женька, ты кого хочешь обмануть? Самого себя? Мало того, что мы с детства «не разлей вода» и каждый из нас по одному только тяжёлому вздоху товарища может запросто сказать, что произошло с его другом – подавился или просто чихнуть хочет. Так теперь ещё, благодаря этой штуке, – он постучал пальцем по своему винасу, – можем мысли слышать.
– И в чём обман?
– В том, что за картину, ты вряд ли под удар полезешь. А за эту красавицу, я же знаю! Ты не то, что под удар – на танк с голыми руками пойдёшь! Да стоит ей только бровью повести, и ты на всё согласишься. Только пойми – дурость это… под красотой может скрываться характер крокодила.
– Нет, – Женька замотал головой, – есть такая красота… чистая, за которой ни как не может скрываться плохой человек, поэтому она и притягивает к себе.
Брови у Сергея поползли вверх, от такого, с его мнения, абсолютного незнания настоящей жизни.
– Ты думаешь, что женщины, которых стервами называют с лица страшилы? – Он усмехнулся, – помнишь, ты с родителями почти на всё лето на Украину уезжал, а к нам погостить к бабушке Маше Елизавета приезжала? Красивая – такой любоваться часы минутами покажутся, и всё будет мало и мало. А уж если обнять и прижать к себе, так и умереть от счастья можно.
Андрей, стоявший с понурой головой, поднял руку.
– Подтверждаю.
– Ага, оба вспомнили? – Сергей махнул на Андрея рукой, – ты то наверняка её уже ни когда не забудешь. Так поделись с товарищем, расскажи ему, как она с тобой поступила.
– Помню, когда первый раз обнял её,… вся такая… хрупкая, нежная, сердечко бьётся, как у воробышка. Вот оно счастье! – Он тяжело вздохнул, почесал затылок и, как показалось друзьям, даже ссутулился.
– Не стесняйся, или забыл, как тебе эта птичка нагадила? Вся округа веселились.
– Не стану я про это пересказывать… К тому же, может сам был виноват…
– Точно! Виноват! Виноват в чём? Что не пошёл денег у родителей просить подружку в ресторане покормить?
Андрей пожал плечами.
– Я сам заработал.
– Мужик! – Сергей похлопал товарища по плечу, – да только она такого заказала! И столько! Что ты потом ещё целый месяц долг там отрабатывал. А Лизка на каждом углу смеялась, как здорово она деревенского дурачка провела. Скучно ей, оказывается, было, решила «развеяться».
Женька с удивлением посмотрел на друзей.
– Елизавету я помню, а вот историю эту не слышал.
– Да знаешь, не хотелось вспоминать,… говорить не чего, поступила она подленько. Были, правда, такие которым её выходка понравилась…
– Точно – стерва.
– Так вот, – Сергей поднял вверх указательный палец, – я и говорю, что если мы в людях ошибаемся, то в инопланетянах, да к тому же ещё и женщинах, точно не разобраться! Ну и если, наконец, вспомним что мы для них не просто дикари, а нечто вроде чудищ доктора Франкенштейна, то… – он брезгливо передёрнулся, – шансов нет. Ты сам стал бы общаться с…
Евгений не дослушал, махнул на него рукой и вышел из комнаты.
– Зачем ты с ним так?
– Лучше мы с тобой ему глаза откроем, чем потом будет мучительно больно…
– Ты думаешь, он сам всё это не понимает? Не стоит постоянно говорить – «Знай своё место!»
Сергей почесал затылок.
– Это так выглядит?
Андрей молча кивнул.
– Н-да,… не хорошо получается, надо бы извиниться…
– Пошли отсюда, а то у меня такое чувство, словно анну всё видят и слышат, просто на минутку замерли… – он поёжился. – Сейчас головы к нам повернут и засмеются.
– Бр-р, ну и воображение. Что-то и мне стало не по себе.
На следующий день сразу после завтрака ребята, уже по традиции встали по углам комнаты, аватар запустил свой «проектор» и перед друзьями вновь возникла одновременно и привычная, и в тоже время незнакомая, картина космоса. В центре появилась голубая планета, очень похожая на их родную Землю, сине-белые тона радовали взор приятелей. Внимательней присмотревшись, они заметили и существенное отличие – этот мир оказался практически весь покрыт океаном. Два сплошь зелёных континента размером не больше Австралии лежали в южном полушарии, остальную сушу представляли многочисленные острова, разбросанные по всей поверхности планеты. Дав ребятам некоторое время полюбоваться этим видом аватар стремительно приблизил изображение и уже через несколько секунд они стояли на краю высокого обрыва над берегом моря, на котором, свесив вниз ноги, сидел и смотрел вдаль молодой анну. На коленях у него лежал странный предмет, отдалённо напоминающий крупный молоток. Инопланетянин сидел, держа спину непривычно прямо, улыбался, смотрел вдаль на бегущие волны и слегка щурился от ветра, который развевал его длинные пшеничные волосы. Друзья переглянулись.