Они скрывали свои истории и от Бриэль.
Умно.
— Джоселин сказала, что слышала, как кто-то говорил о королевском ополчении. Он набирает новых людей. Я думаю, один из всадников на пони уволился, чтобы записаться в армию. Возможно, эти люди тоже отправились туда.
Зачем Рэмзи понадобилось создавать свое ополчение? Основная проблема — миграция? Или война?
Отец говорил мне, что ему нужно попасть в Аллесарию. Но он никогда конкретно не говорил, что отправит войска. Я сделала такое предположение. Что, если он никогда не планировал вторжение? Что, если все это было реакцией на действия Рэмзи?
Когда мы были на побережье, мужчины, тащившие наши сундуки, упомянули ополчение. Рэмзи, должно быть, собирает людей со всего своего королевства.
Может быть, чтобы отвезти их в Аллесарию?
— Ты что-нибудь слышала об Аллесарии?
— Нет. — Она нахмурилась. — Однажды я спросила Мэриэтт об этом. До этого она редко со мной разговаривала, но, когда я упомянула название города, она игнорировала меня несколько дней.
— Со мной было то же самое. — Всякий раз, когда я заговаривала об Аллесарии, разговор либо замирал, либо менял направление.
Это было почти как если бы этот город был мифом. Легендой.
Что, если Аллесарии не существует?
Возможно, причина, по которой отец не смог получить доступ к столице Туры, заключалась в том, что не было никакой столицы. Ее так и не восстановили. А если не было столицы, то отцу нечего будет найти, что могло бы помочь нам справиться с проблемой.
Нет. Невозможно. Детям рассказывали о столицах каждого королевства. Я знала об Аллесарии с тех пор, как научилась читать и писать.
Она существовала. Где-то.
Не так ли?
— Мы никогда ничему не научимся, если останемся здесь, — сказала я.
Бриэль наклонилась, чтобы поднять чистую тунику и прикрепить ее к веревке.
— Похоже, ваше высочество, в этом-то все и дело.
Они заманили нас в ловушку.
В течение нескольких недель я смирилась с этим местом. Я тянула время, думая, что в конце концов мы отправимся в Аллесарию. Но вместо этого Завьер вез меня в Эллдер. Я потерплю полное фиаско. И мои люди заплатят за это.
Если я собиралась найти Аллесарию, то что-то должно было измениться.
Я. Я должна была измениться.
Я могла задавать вопросы до посинения, но никто мне на них не ответит. Что же такое «больной монстр»? Было ли это как-то связано с той зеленой кровью, которую я видела у мерроуила и мертвого гриззура? Почему король Рэмзи сжигает книги и собирает ополчение? Что происходит в Туре и сколько секретов хранят эти люди за пределами своей столицы?
Пришло время перестать ждать, пока туранцы предоставят мне информацию.
Пришло время начать действовать как шпион.
Пришло время придумать, как мне выбраться из Трео.
Двадцать шесть
Бриэль сидела на краю моей кровати и, нахмурившись, смотрела, как я расчесываю мокрые волосы.
— Это худшая идея, которая вам когда-либо приходила в голову.
Она не ошиблась.
— Я должна попробовать, — сказала я ей.
— Что будет, если нас поймают?
— Они, вероятно, запрут меня в этом домике на дереве, а тебя — в твоем. — Моя веревочная лестница, скорее всего, перестанет появляться каждое утро, и я навсегда останусь в этой комнате как в ловушке.
Но я не позволю страху быть пойманной помешать мне осуществить мой план. Может, я и не великая шпионка, принцесса или воин, но у меня была некоторая практика в том, как незаметно выбираться из дома.
Бриэль была моей невольной сообщницей. Мы решили не втягивать Джоселин в это, чтобы она могла заявить, что ничего не знает, если — когда — нас поймают.
— А что, если вас съедят лайонвик или бэарвульф? — спросила она.
— Тогда ты сможешь вернуться домой.
— Ваше высочество. — Она вздрогнула. — Не говорите так. И не делайте этого. Это слишком рискованно.
Я грустно улыбнулась ей.
— Я должна. Должна попытаться.
Она на мгновение заколебалась.
— Почему?
Потому что, если я сейчас опущу руки, каким человеком я стану после этого?
Мой отец, возможно, и не отличался нежностью. Он был жестким и непреклонным. Но он был справедлив, и служба своему народу была для него превыше всего. Своей короне. Своему королевству.
Возможно, я не знала всех деталей, но я верила, что он дал мне это задание по уважительной причине. Я верила, что он не убийца и не завоеватель. Что если он и пошлет свои войска в Туру, то не для того, чтобы жестоко убивать невинных.