— Не больше, чем обычно. — Луэлла встала и оглядела Кэтлин с головы до ног. Облегчение смягчило ее взгляд, когда она увидела, что библиотекарша цела и невредима.
— У меня есть кое-что для твоей коллекции. — Кэтлин открыла сумку, висевшую у нее на плече, и вытащила три книги в кожаных переплетах. Она протянула их Луэлле, а затем быстро обняла ее. — Привет, подруга.
— Привет, — сказала Луэлла. — Я рада, что ты здесь и в безопасности. Я слышала, что случилось в Эшморе. Как все прошло, кроме нападения?
Она, должно быть, имела в виду любовницу Кэтлин?
— Я расскажу тебе об этом позже. — Кэтлин положила руку мне на плечо. — Ты читала ту книгу, которую я тебе дала?
— Читала. Спасибо. Это было невероятно полезно.
О некоторых туранских обычаях, описанных в книге, я узнала, находясь здесь. Различные виды кожи, снятые с монстров для изготовления доспехов или одежды. То, как лагеря и города превращались в естественные барьеры для защиты. Всадники на пони, доставлявшие почту.
Но в остальном книга оказалась кладезем знаний. Я знала, что экономика Туры зависит от производства древесины, но не подозревала, что их кузни и кузницы были одними из лучших во всей Каландре. Необработанный металл, который они ввозили через границу, разделявшую их с Озартом, использовался не только для изготовления оружия, но и для изготовления таких инструментов, как топоры и пилы. Они были отличными наездниками и учились ездить верхом в раннем возрасте. Молодые люди, достигнув совершеннолетия, часто отправлялись на охоту, убивая бэарвульфа или таркина в качестве обряда посвящения. И женщин, как и мужчин, обучали сражаться и пользоваться оружием.
— Если ты дочитала эту книгу, давай найдем тебе другие. — Кэтлин махнула мне в сторону ближайшей камеры, согнувшись в талии и проводя пальцами по корешкам.
К тому времени, как мы вышли из этой камеры и перешли в следующую, у меня была стопка из пяти книг, которые нужно было прочитать. Она выбрала несколько книг по истории Каландры. Еще одна — о животных и монстрах Туры. И книгу о круксе и о том, что мы знаем об их миграциях.
Это была самая тонкая из пяти.
— Еще одна, — сказала Кэтлин, доставая с полки красную книгу с кожаным ремешком в тон обложке. — Эта книга полна старых мифов и легенд. И в ней есть мой самый любимый миф из всех.
— Какой? — спросила я.
— История о женщине по имени Сора, которая проплыла за горизонт. Она отсутствовала сто лет, но когда вернулась на Каландру, то привела с собой существ, которых наше королевство никогда не видело. Некоторые считают, что именно оттуда появились наши монстры. Не новые боги, а бог, которого мы никогда не знали. Бог, более могущественный, чем любой другой. Это всегда заставляло меня задуматься. Какие еще истории существуют? Что, если некоторые из них правдивы? Что, если мы сожгли слишком много книг?
У меня было непреодолимое желание перекреститься Восьмерым.
Это была всего лишь история, но у меня защемило сердце от страха, как будто это была не та тема, которую нам следовало обсуждать. Как будто мы можем навлечь на себя немилость богов.
Часть меня хотела оставить эту книгу, вообще ее пропустить. Другая интересовалась, что еще в ней может быть.
Была ли в этой книге история о «Цепи Семерок»? Так туранцы узнали, что могут претендовать на призовую невесту? Читал ли Завьер эту книгу?
— Тебе понравится. Она моя любимая. — Кэтлин посмотрела на стопку, которую достала для меня, и преувеличенно нахмурилась. — Я, наверное, увлеклась. Король еще не обнаружил это убежище. Я уверена, что, когда он это сделает, все это исчезнет. В некотором смысле, мне кажется, что нужно срочно переварить все это, пока у нас есть шанс.
— Почему он сжигает книги? — спросила я.
— Одесса? — Рядом со мной появилась Луэлла, ее рука мягко легла на мое запястье. — Не могли бы вы проводить Эви до дома? Она набила карманы безделушками, чтобы развесить их в своей комнате. Боюсь, если она задержится, мы не сможем вынести все, что она захочет. Я задую фонари и приду следом за вами.
Вот и получила называется прямой ответ на вопрос, почему король Рэмзи сжигает книги.
— Конечно. — Я улыбнулась обеим женщинам, затем отступила по туннелю в поисках Эванджелины и обнаружила ее в камере со свитками.
Карманы ее простого платья были набиты до отказа. Она стояла у решетки, приложив палец к губам, и указывала в дальний конец коридора на Луэллу.
Эта девочка. Она была лучшим шпионом, чем я когда-либо смогу стать.