Мог ли Рэнсом противостоять огню? Это была Лисса? Или он просто не боялся? Был ли он готов сгореть, чтобы спасти жизнь отца?
— До меня доходили слухи. Сказки, — тихо сказал Сэмюэл. — Джонас верил в легенды, но я всегда относился к ним скептически. Они были правдой. Он не обычный человек. Он действительно Страж.
— Да, это так.
— Вам повезло, что он рядом с вами.
— Так и есть.
Сэмюэл выглядел так, будто хотел еще что-то сказать, но вместо этого зашелся в очередном приступе кашля.
Не желая, чтобы он напрягал голос, я подтолкнула Фрею вперед, пока мы не оказались рядом с Рэнсомом.
— Как он?
Я пожала плечами.
— Грустный, как и ожидалось.
Рэнсом выдохнул.
— Как и ожидалось.
— Но благодарен. За тебя.
Он поерзал в седле, словно от похвалы ему стало не по себе.
— Теперь я буду задавать тебе вопросы, — сказала я.
— Ты не была бы собой, если бы не была вооружена вопросами. Честно говоря, я начинаю чувствовать, что тебе и не нужно другое оружие.
Это. Это было то, что мне нужно, чтобы немного рассеять туман. Ссора с Рэнсомом.
— Откуда у тебя такое прозвище? — В Куэнтисе я слышала истории о том, как он убивал монстров по всей Каландре. О том, как он уничтожил отряд рейнджеров Лейна, совершавших набеги на пограничные города Туры. О том, как он спас сиротский приют от снежной лавины.
Вероятно, все это было правдой. Но я хотела услышать это от Рэнсома.
Я хотела знать, как человек, убивший брата Бэннера из-за женщины, мог быть провозглашен Стражем Туры.
В том, что произошло с братом Бэннера, было что-то еще, не так ли? Часть истории, которую я пропустила.
Рэнсом не был убийцей. Я видела, как он поднимал оружие только на монстров. Чтобы защитить свой народ.
Так что же на самом деле произошло с братом Бэннера? У меня было подозрение, что это как-то связано с его прозвищем.
— Я был в Уэсторе, на побережье, — сказал он. — В порту Крисента. Это был год, когда меня укусили. В то время у Лиссы даже имени не было. Только Востер знал, что произошло, как я изменился. Верховный жрец все еще пытался разобраться в причине заражения. А я следил за слухами о злобных монстрах с зеленой кровью. Охотился на бэарвульфа, который укусил меня.
— Ты нашел его?
— Да. — Он помолчал. — В Эшморе.
— Что? — Я изумилась. — Откуда ты знаешь?
— Потому что я выколол ему глаз в тот день, когда он меня укусил.
Одноглазый бэарвульф.
Чудовище, которое сбежало.
— О, боги. — Я перекрестилась Восьмерым.
Это чудовище все еще было там, охотилось. Убивало. Заражая других.
Так вот почему его стая была такой большой? Я недостаточно знал о бэарвульфах. Они были настолько разумны?
Рэнсом отмахнулся.
— В Уэсторе жила девочка, лет тринадцати-четырнадцати. Ее мать была вдовой и сдавала свободную комнату в их доме путешественникам. Не самый безопасный выбор — приглашать незнакомых мужчин в свой дом, но это было лучше, чем альтернатива.
Приглашать незнакомых мужчин в свое тело.
— Девочка пошла на рынок на следующий день после моего приезда и не вернулась домой. Ее мать была в шоке от беспокойства. К вечеру она была уверена, что ее ребенок мертв. Я пошел и нашел ее.
— Живую?
Он кивнул.
— Она привлекла внимание не той группы мужчин. Из тех, которые без зазрения совести заманивают молодых девушек на свои корабли.
У меня внутри все перевернулось, и я не была уверена, что хочу узнать продолжение этой истории.
— Мужчина, который похитил ее, похитил еще троих.
— Он похищал и продавал их, не так ли?
— Вероятно. Я не дал ему возможности объясниться, прежде чем перерезал ему горло.
Ужасно. Но заслужено.
— Хорошо. И вот как ты стал Стражем?
Он провел рукой по волосам.
— Мать девочки назвала меня Стражем. Другие услышали. Это все унесло ветром.
— И долетело до самого Куэнтиса.
— Я не удивлен. В Каландре бесчисленное множество рейнджеров, но имена лучших широко известны. Особенно в королевских кругах.
— Кто лучший в Куэнтисе?
— Бэннер. — Без колебаний. — Его мастерство в метании ножей не имеет себе равных.
Прошло много времени с тех пор, как я слышала это имя в последний раз. В другой жизни я стояла на своем утесе и умоляла Бэннера не мстить Стражу.
Я поверила рассказу Бэннера. А почему нет? Только теперь, когда я узнала Рэнсома, я не могла представить, чтобы он убивал с такой жестокостью, перерезая горло другому человеку из-за ссоры любовников. Бэннер, должно быть, ошибся.
Боги, я надеялась, что он ошибался.