— Почему он сжигает книги?
Кэтлин скривила губы.
— Потому что они представляют угрозу.
Луэлла придвинула свои книги поближе.
— Когда мы разрабатывали эликсир, мы проводили много времени в библиотеке. Некоторые предпочитали оставлять свои записи в книгах и журналах. Именно там я хранила свои.
Записи и знания, которые другие короли могли бы использовать для своих собственных нужд. Чтобы передать своим алхимикам и целителям в попытке создать собственные версии Стража.
Было ли это тем, чего хотел мой отец в Аллесарии? Он думал, что таким образом сможет остановить крукса? Создав Лиссу для себя и армию Стражей?
Отец мог бы просто заняться другими алхимиками, а не отправлять меня на поиски города. Хотя, если бы алхимики боялись, что Рэмзи может нанять их к себе на службу — вводить здоровым мужчинам смертельное зелье, — эти люди, скорее всего, скрывались бы, как Луэлла.
Нет, у отца было мало времени до следующей миграции. Самым разумным вариантом для него было выведать тайну Рэмзи в столице. Украсть Лиссу для себя.
Все, что ему было нужно, — это ключ, чтобы открыть дверь замка Туры.
Мэй. Ее учили быть этим ключом.
И теперь это была я.
Рэнсом думал, что другие королевства не знают о его заражении, но мой отец, должно быть, подозревал об этом. Страж и Лисса. Все это было взаимосвязано.
Желание отца попасть в Аллесарию, должно быть, было связано с его потребностью понять силу Стража.
Прежде чем я успела высказать свои подозрения, Рэнсом подошел к столу и вырвал книгу у матери.
— Может, нам стоит сжечь это?
Луэлла вскочила на ноги, пытаясь вырвать у него книгу, но он держал ее вне пределов ее досягаемости.
— Не надо. Эта книга, как и все остальные, которые я собрала, является частью моих исследований по поиску лекарства.
— Лекарства нет, — кипел он. — У тебя были годы. Уже слишком поздно. Если Востер не может остановить это, никто не сможет.
— Рэнсом…
— Будь ты проклята, мама. — Он швырнул книгу на стол, так что она заскользила по поверхности. — Будь ты проклята.
Не сказав больше ни слова, он вышел из дома. Дверь распахнулась слишком резко и захлопнулась с такой силой, что задрожали стены.
Луэлла откинулась на спинку стула, закрыв лицо руками, и заплакала. Кэтлин обняла ее за плечи, шепча ей на ухо слова утешения.
Мне нужно было пойти за Рэнсомом. Догнать его и убедиться, что с ним все в порядке.
Вот только я застыла на месте, не сводя глаз с книги на столе.
Когда Рэнсом бросил ее, она перевернулась, показав другую сторону.
На обложке была замысловатая гравировка. Эмблема с крыльями.
Такая же эмблема была на кулоне, который я носила на шее.
Пятьдесят восемь
— Вы видели Рэн… Стража? — спросила я солдата, стоявшего у главных ворот.
При этих словах он поклонился.
— Нет, принцесса Одесса Вульф.
Я откинула локоны с лица и повернулась, чтобы осмотреть двор. Дерьмо.
— Он ушел?
— Не через эти ворота, ваше высочество.
Я пнула ботинком камень.
— Тогда куда, черт возьми, он пошел?
— Простите. Я не знаю. Могу помочь вам найти его, если хотите.
— Нет. Спасибо. — Я пошла прочь, вдоль внешнего края крепости.
Это был мой третий круг по Эллдеру.
За несколько часов, прошедших с тех пор, как я рассталась с Луэллой и Кэтлин, я обошла все улицы. Я заглядывала в витрины и останавливалась в магазинах. Я дважды спускалась в подземелье, подходя к фальшивой стене, которая вела в туннель для переселенцев — когда я звала его, мне отвечало только эхо. Я даже обыскала казармы, напугав не одного солдата, когда заглянула в открытые дверные проемы.
Где бы ни прятался Рэнсом, он не хотел, чтобы кто-нибудь знал.
Я не хотела прекращать поиски. Не хотела сдаваться. Но это было бессмысленно, если мой муж не хотел, чтобы его нашли, поэтому я удалилась в свои покои, ступая тяжело и медленно.
Если бы не эта чертова эмблема на книге Луэллы, я бы последовала за ним из дома, когда он выбежал из него в бешенстве. Я бы его не потеряла.
Что все это значит? Что это за крылья? Мое ожерелье было просто безделушкой? Или чем-то большим?
Я не могла сейчас об этом беспокоиться. Может быть, после того, как мы разберемся с Лиссой, Рэмзи, монстрами и миграцией, я отведу Кэтлин в сторонку и спрошу, видела ли она когда-нибудь эту эмблему раньше. А до тех пор мне нужно было найти Рэнсома.
Боги, я была в ярости из-за Луэллы. Как она могла так поступить? О чем она думала? То, что она сделала с Рэнсомом, было выше моего понимания.