Я не была похожа на Марго или Мэй. Когда мы были детьми, даже несмотря на то, что Мэй была младше, если возникала ссора с другим ребенком, я позволяла ей бороться с ними за меня. Я позволяла ей самой толкать и бить.
Просить Джоселин и Бриэль сражаться за меня было бы неправильно. Так или иначе, мне придется найти в себе силы сделать это самостоятельно. Как? Я понятия не имела.
— Как давно ты здесь? — спросила я Джоселин.
— Недолго, — ответила она. — Я была на нижней палубе, осматривала нашу каюту.
— Нашу каюту?
— Человек, который помог мне подняться на борт, сказал, что мы будем жить все вместе.
Значит я не буду делить каюту с Завьером.
— Меня это устраивает.
— Прошлой ночью. Это было… — Бриэль оглянулась, чтобы убедиться, что мы одни. — Это было неприятно?
Я не видела ее с тех пор, как она вчера покинула мои покои, так что вполне логично, что она подумала, что я провела ночь в постели Завьера, а не в кабинете моего отца.
— Он еще не приглашал меня присоединиться к нему в постели, и я не собираюсь делать первый шаг. — Она открыла рот, как будто собиралась сказать что-то еще, затем закрыла его со щелчком.
Мэй, вероятно, оставит этот факт при себе. Обычно она позволяла своим камеристкам верить в то, во что верили они сами, не давая ответов на личные вопросы. Она позволяла им сплетничать, даже если слухи, которые они распространяли, были ложными.
Но Бриэль и Джоселин будут моими единственными союзниками в этом путешествии. В конце концов, мы можем даже стать подругами. Я не хотела начинать эту дружбу со лжи.
— Ты видела его? Принца? — спросила я.
— Нет, ваше высочество, — сказала Джоселин.
Может быть, Завьер выбрал другой корабль. Может быть, если бы Дарья, Богиня Удачи, была на моей стороне — а это случалось редко — Страж тоже сел не в этот корабль.
В доках собралась толпа. Кроме моей семьи и королевской стражи, группа купцов и продавщиц подошла посмотреть на наш отъезд. Возле кареты Марго собралась группа солдат.
Бэннера не было. Я не видела его с тех пор, как мы были в тронном зале.
Было бы неплохо попрощаться, но, возможно, это к лучшему, что он остался в стороне.
— А вон моя мама. — Джоселин указала на женщину, стоявшую в стороне от остальных. У нее были такие же светлые волнистые волосы, как и у ее дочери. — Она заставила меня пообещать вернуться.
Я надеялась, что каким-то образом смогу помочь ей сдержать это обещание.
— А твоя семья здесь? — спросила я Бриэль.
Она с трудом сглотнула и покачала головой.
— Нет, ваше высочество. Все, что я смогла сделать за такой короткий срок, это отправить им письмо.
У ее родителей была ферма в Куэнтисе. Этого было достаточно, чтобы прокормить их и семью ее брата, но ей пришлось уехать на заработки в город. А их ферма находилась слишком далеко, чтобы до них дошло известие меньше чем за день.
Возможно, мне следовало настоять на том, чтобы взять камеристок Мэй. Они уже больше года знали, что покидают Куэнтис. У них было время подготовиться. В суматохе, возникшей после посещения тронного зала, мне и в голову не пришло оспорить приказ отца и Марго о том, что Бриэль и Джоселин должны сопровождать меня в Туру.
Эта призовая невеста, этот богом забытый брак разрушил не только мою собственную жизнь.
— Мне жаль.
Она пожала плечами.
— Это не ваша вина.
— Мне все равно жаль.
— Спасибо, — ее голос дрогнул, когда она всхлипнула.
Мы погрузились в торжественную тишину, глядя на Росло.
Вернусь ли я в свой любимый город? Увижу ли я когда-нибудь снова свой золотой замок? Даже если я выполню это задание, если я найду дорогу в Аллесарию, я никогда больше не буду жить в Куэнтисе, не так ли?
Та комната на четвертом этаже с узким балконом больше не принадлежала мне. Так что я впитывала в себя каждую деталь, запоминала каждую башню и шпиль, пока корабль не накренился, мужчины не закричали, и нас не понесло течением.
Джоселин подняла одну руку в воздух, махая матери, а другой прикрыла рот и тихо всхлипнула. По ее щекам текли слезы.
Это было нечестно. Это было чертовски нечестно.
— Я обещаю отправить тебя домой, — сказала я ей. — Ты снова увидишь Куэнтис.
Был очень реальный шанс, что я нарушу это обещание. Было жестоко давать обещание, в выполнении которого я не была уверена.
Но я все равно сделала это.
Отец был не единственным человеком, которого я подведу, если не найду дорогу в Аллесарию. Я не смогу оставить Бриэль и Джоселин запертыми в чужом королевстве, разлученными со своими семьями на неопределенный срок.