— Прости, Марго.
Это была вина Востера — подонок. Обычно я проверяла коридор, чтобы убедиться, что он пуст, прежде чем пройти по ковровой дорожке в свою комнату. Вместо этого я была слишком отвлечена колючим прикосновением магии жреца, чтобы обратить на это внимание.
— Одесса. — В Каландре не было человека, который мог вложить в мое имя столько раздражения, сколько моя мачеха.
— Я буду готова вовремя. Обещаю.
Ее глаза цвета морской волны с янтарным блеском, как у любого другого куэнтина, были остры, как кинжалы, когда она указала на мою дверь.
— Ты уже опаздываешь.
— Еще рано.
Ноздри моей мачехи раздулись, когда я прошмыгнула мимо нее в свои комнаты.
— Отлично. Я почти опаздываю.
— Поторопись. — Она последовала за мной в мои покои. Когда я перекинула свои волосы — очень сухие, очень вьющиеся и совсем не каштановые — через плечо, ее пальцы принялись расстегивать пуговицы на моем платье.
— Тебе не обязательно оставаться, — сказала я. — Бриэль или Джоселин могут мне помочь.
Она так сильно дернула за последнюю пуговицу, что та оторвалась и заскользила по полу.
— Ты где-нибудь видишь Бриэль или Джоселин?
— Э-э, нет. — Мои покои были пусты, а одежда для сна, которую я сняла утром, все еще валялась на полу возле перегородки для переодевания.
Камеристки моей госпожи либо были переведены к Мэй на весь день, либо отправились шпионить за туранцами. Я думаю, последнее.
— Они заняты в юго-восточном крыле, — сказала Марго.
А, это не там ли остановились туранцы?
— Эти рейнджеры занесли грязь в наши залы.
Грязь?
— Разве они не пересекли Крисент? Где они могли запачкаться?
— Одесса. — Снова возникло это раздражение.
Верно. Задавай вопросы позже.
— Пожалуйста. — Марго подтолкнула меня вперед, и я бросилась за ширму, прижимая лиф платья к груди.
Платье с шумом упало на пол, когда она просунула мое новое платье за край ширмы.
Тот факт, что Марго удалось подобрать оттенок серого, более насыщенный, чем предыдущий, был просто поразительным. Я скривила губы, когда влезла в его юбки.
— Нам придется покрасить тебе волосы. Снова. А у нас нет времени. — Стук ее ноги был подобен многократному шлепку по руке. — Плавать. Полностью одетой. Почему ты такая? Почему у тебя не может быть нормального хобби, такого как стрельба из лука или верховая езда?
Я любила рисовать, но оценила ли Марго мои работы? Нет. Вместо этого ее раздражало, когда мои пальцы были испачканы углем или пастелью.
Она хотела, чтобы я была похожа на Мэй. Чтобы я любила фехтование и спарринги. Это были приемлемые увлечения для ее дочери, ее принцессы. Но искусство и плавание, оба относительно безобидных занятия, считались хлопотными и раздражающими.
Да, я плавала. Да, наверное, это стоило отложить до завтра. По крайней мере, Марго точно не знала, как я оказалась в воде. Никто не знал.
Если кто-нибудь узнает, что я ныряла с того утеса, мне придется здорово поплатиться.
— Я спешила, — поклялась я. — Я потеряла счет времени.
— Девочка, ты испытываешь пределы моего терпения.
— Прости, прости, прости. — Сколько бы раз я ни извинялась, это ничего не изменит, но это никогда не останавливает меня от попыток.
Она кипела от злости, когда я появилась, одетая в серое.
— Повернись.
Я повернулась к ней спиной, чтобы она могла застегнуть пуговицы платья.
Ткань облегала мои ребра и грудь. Вырез оставлял открытыми ключицы и горло, в то время как рукава доходили до кончиков пальцев. Юбки развевались вокруг моих бедер, шурша и покачиваясь в такт моим движениям.
В любом другом цвете это было бы красивое платье.
В сером я практически сливалась с каменным полом. Возможно, в этом вся суть.
— Прическа. — Марго щелкнула пальцами и указала на туалетный столик, стоявший позади меня, когда я села на скамью.
Я колебалась, отдавать ли ей расческу. В ее руках это было оружие, которым она часто пользовалась. После того, как она заканчивала пытку, у меня еще несколько часов болела голова.
— Тебе не нужно этого делать. Я справлюсь. Уверена, что Мэй нуждается в тебе больше.
— Она… занята.
Занята. Это означало, что она была с капитаном стражи на их дневной прогулке.
Почему для Мэй было нормально немного развлечься перед встречей с туранцами, а меня наказали за крошечное купание в океане?
Двойные стандарты, царящие в этом замке, были удушающими.
Марго вырвала расческу у меня из рук и провела ею по моим кудрям, потянув с такой силой, что мне пришлось схватиться за края скамейки, чтобы не свалиться на пол. Справившись с большинством петухов, она щелкнула пальцами свободной руки.