- Да мне это известно, произнёс Император, и про войну с Японией тоже. Мы предпринимаем меры к отражению возможной угрозы. Но при чем здесь пиратский клад?
- Клад не при чём, я найду возможность его поднять сам, раз он не нужен Российской казне. Но нужно ли казне 40 тысяч пудов самородного золота?
- Сколько, сколько? Император даже встал с кресла от услышанной цифры.
- Сорок тысяч пудов золотым песком и самородками, глядя в глаза Императору, твердо сказал я.
- Мне предали, что вы хотите за то, что вы укажете место на карте, пятую часть золота, титул, и землю.
- Да Ваше Императорское Величеств, я намерен вложить эти деньги в промышленность Дальнего Востока. у меня обширные планы.
- Уделы в российской империи тоже давно упразднены, так что землями я вас наделить не могу. Титул графа за вами, а золото,- Император немного подумал, и видимо решив что-то, продолжил,- вашу долю золота вы получите, я так понимаю, сорок тысяч пудов не лежат там одним мешком? Получите свою пятую часть по мере его добычи. Ну и привилегии кое-какие, тоже получите, но вы там не гребите всё под себя, дайте и другим заработать. Вот только где людей будете брать на все ваши проекты, народу там катастрофически мало.
- Народ я найду, Ваше Императорское Величество, Рядом Корея, а корейцы естественные враги японцев и китайцев, это очень трудолюбивая и благонадёжная нация, Кроме того, я прошу вас направить меня во Владивосток, где я намерен заняться промышленностью. Время летит, желтая обезьяна уже скалит зубы.
- Может назначить вас генерал-губернатором Сахалина, а потом и Новониколаевска? Сдюжите?
- Если наместником станет Великий князь Александр Михайлович, то да, Ваше Императорское высочество.
- Вы, наверное, сговорились с ним, утром я разговаривал с Князем, он тоже просится на Дальний Восток. Мёдом там, что ли намазано. Император и сам был бы не прочь туда поехать да должность не позволяла. но всё о чём мы с вами договорились , вы получите после экспертизы прииска.
- Договорились, Ваше Императорское величество. Назначайте экспедицию, пока она будет готова, я соберу первый дирижабль, и отвезу её прямо на место, ответил я Императору.
- Вы не перестаёте удивлять мир, господин капитан первого ранга. Что прямо так с лошадями и отвезёте, спросил сбитый с толку Российский Самодержец.
- А зачем им лошади, Ваше императорское величество? Им лопаты, тачки, да носилки нужны будут. И конечно люди и охрана. Дирижабль сможет поднять в воздух двадцать тонн груза, пятнадцать пассажиров, и отвезти их на четыре тысячи вёрст со скоростью 100 верст в час.
- Это невозможно! Император не поверил моим словам.
- Отвечу вам, как ответил Великому Князю Александру Михайловичу, - сказал я императору,- А что может помешать мне, это сделать. То же самое мне говорили пять лет назад, когда я показал чертежи подводного миноносца в адмиралтейской инженерной коллегии. Тем не менее, миноносцы я построил м ваш батюшка дважды вне очереди, пожаловал мне чин.
- Вы хотите чин адмирала,- государь пытливо посмотрел мне в глаза,- да?
- Да, Ваше Императорское Высочество, я честолюбив, и это мой единственный недостаток.
Ну честолюбие не самый плохой недостаток, тем более в вашем случае. Хочу увидеть ваш новый проект в небе над Петербургом.
- Я сделаю всё, что бы зрелище вас удивило, пообещал я Императору, ибо знал, о чем говорю. Собранный корпус дирижабля 'Россия' уже стоял в эллинге, ждали со дня на день поставки баллонов и обшивки из Германии. Поставка задержалась на пару недель, но всё же состоялась, и рассчитавшись с представителем фирмы, я тут же заключил контракт на поставку ещё трёх комплектов. Дел у нас на Дальнем Востоке много, а дорог там нет, и не скоро появятся, а нам надо обустраивать Сахалин. Дирижабль не пароход конечно, и не сможет с ним конкурировать по грузоподъёмности, но зато может доставить груз, прямо на место.
Два месяца спустя, над Петербургом пролетел дирижабль 'Россия' Мы не пожалели красок, наняли художника и на носовой оконечности распластал свои крылья двуглавый орёл. На обоих боках пятидесяти метровые флаги цветов Российской империи, на фоне которых пяти метровыми буквами было написано название корабля 'Россия'. Краски на все эти художества ушло килограмм четыреста, однако я не пожалел этой лишней нагрузкой, ибо на Руси, испокон веку, 'встречали по одёжке'. Как всегда пилотировал первенец дирижабельного флота, наш шеф пилот Костович.
Огнеслав Степанович, при старте прослезился мне в жилетку, - а я ведь до нашей с вами встречи был в отчаянии, поддержки нет, денег нет, мечта умирала вместе со мной. Вы дали мне взлететь на гидроплане. теперь я поднял в воздух дирижабль. Чего вы ещё ждёте от меня Евгений Викторович?
- Как чего? Огнеслав Степанович! Мы же с вами договорились, вы остаётесь с Николаем Николаевичем здесь на хозяйстве. Вы продолжаете строить самолёты и дирижабли, я кстати, с нетерпением жду от вас на дальнем Востоке, стотонник. А Николай Николаевич получил от меня задание на двухсотсильные автомобильный и восьмисот сильный корабельный моторы. Где их применить я найду, А вы Огнеслав Степанович, тоже подумайте о увеличении мощности звезды, там есть возможность увеличить количество цилиндров и поставить их в два ряда и в шахматном порядке. Это даст резкий прирост мощности...
И вот мы над Петербургом, четыре мотора уверенно несут нас над городом, видны зеваки, толпы людей бросили работу и вышли на улицы. Император заранее предупреждённые о полёте стоял на мосту, который оцепила гвардия, в окружении свиты. Мы пролетели над Аничковым мостом и снизились над Невой, до уровня моста, стометровый воздушный гигант завис перед императором, демонстрируя свою мощь размеры и маневренность. Открыв окно рулевой рубки дирижабля, я приветствовал Императора, в ответ от него получил лёгкий взмах руки и десяток воздушных поцелуев от фрейлин её Величества. Взлетели, дважды пролетели над Невой, оба раза развернувшись в поле зрения императора, после чего улетели к себе в Охту, где приземлились, и завели дирижабль в специально построенный для него ангар, а в эллинге уже собирали следующий корпус дирижабля.
Вызов от Императора не заставил себя ждать, в тот же день, я был вызван для аудиенции, надо ли говорить, что из Зимнего дворца, я вернулся контр-адмиралом. Погоны вручил мне лично Император.
- 42°15'19.5" и N 63°53'47.0", торжественно оповестил я окружающих меня людей, составляющих геологогическую команду Петербуржского университета, ещё раз перепроверил расчёты и скомандовал,- забивайте репер. - Господа, продолжил я,- вот от этого колышка и до горизонта в любую сторону, Пробивайте шурфы на глубину шести метров и более, хотя первым делом, я бы посоветовал вам выкопать колодец, или даже три колодца. Один для того чтобы пить воду самим, другой для промывки золотоносного грунта, ну а третий выроете тогда когда до первых двух будет далеко.
- Но мы находимся в пустыне, какой тут может быть колодец,- задал вопрос один из геологов.
- И тем не менее здесь вода есть и она не глубоко, в этом месте когда то текла речка, берущая начало, вон в тех горах,- я показал на невысокие горы на краю горизонта, это она намыла золотоносный слой, который века спустя засыпала песком пустыня. Разгружайте дирижабль, он сделает ещё один рейс, доставит на всякий случай вам охрану, хотя я лично, сомневаюсь, что здесь вас кто ни-будь увидит. Караванные пути далеко в стороне, места эти местные аборигены считают гиблыми, но как говорится,- береженного Бог бережёт.
- Откуда у вас такая уверенность господин Колбасьев, что мы найдём здесь золото?
- Вы не поверите господа, ответил я на вопрос того же геолога,- иду я как-то по астраханскому базару, шум, гам, тридесять языков торгуются покупая и продавая друг другу всякую всячину. Жара стояла несусветная, я притомился, и облокотился на чью-то арбу, вдруг, слышу голос, поворачиваюсь, никого кто мог бы ко мне обратиться на чистом французском языке вокруг, нет. Стоит, понимаете один верблюд, жуёт жвачку и именно он, оказывается, обращается ко мне, - если Сахиб прикажет принести мне ведро воды, то я открою ему тайну моего рода. Мне естественно стало интересно, я приказал, и верблюду принесли два ведра воды. Напившись, он продолжал, - однажды дед моего деда, будучи ещё молодым и вольным верблюдом, скакал по пустыне, ему меж пальцев ноги попал камень, и так нехорошо попал, что он захромал, тут же его через месяц и поймали, а как хромому убежать? Когда ловцы, вынули камень, то очень обрадовались его желтому цвету, деду привели верблюдицу и далее содержали его достойно. Он передал знание места, где ему попался камень моему деду, тот отцу, отец мне, я передаю это тебе, потому что мой хозяин тупой ишак, я ему сто раз пытался рассказать эту историю, но он не понимает верблюжансого языка. Вот так господа мне стали известны координаты этого места. В прямом смысле, от верблюда. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?