Мельница загоготал.
-- Особняк тщательно охраняют! – не согласилась Лиза.
-- Мы проведём разведку. И уничтожим логово врага! – Игорь снова бросил эпичный взгляд куда-то вдаль, а Жека хлопнул себя ладонью по лицу. С кем его свела судьба…
-- Отвратительный план, -- сказал он. – Мы сдадим это место полиции.
-- Ты ещё не понял? – спросила Лиза. – Это бесполезно! Скорее меня привлекут за долги! У них всё схвачено… А ещё над коридорами висит морок.
-- Я кину анонимную жалобу, -- сказал Жека. – Посмотрим, что будет. А потом…
Жека снова вздохнул. Шумнее, чем обычно. Он не верил в то, что собирался сказать.
-- Мы соберём деньги. Закупимся огнестрельным оружием. И попробуем разобраться с ними. Вычислить поодиночке будет гораздо лучше, чем ворваться в особняк… Вдвоем… Боже, чё я несу… Я же ни разу не стрелял…
-- Похвально! Похвально, брат мой! – хлопал в ладоши и улыбался Игорёша. – Не зря судьба свела меня с тобой! Ты, как Архангел Михаил! Но не дрейф, друже! Стрелять мы тебя научим! И нас будет не двое! Ведь у меня среди моих учеников есть надёжные ребята!
-- Буддисты пойдут воевать? Обычные люди? – Жека горько посмеялся. Кажется, бомжеватый таксист совсем сбрендил. Играется в Иисуса… НУ ЗА ЧТО?! ЗА ЧТО?!!
Глава 21
Оставаться в доме было слишком опасно. На горизонте небо сделалось красным, наступало утро. Сектанты могли уже заподозрить пропажу своих соратников и выслать подкрепление. Сколько их там? Около двадцати на голову отбитых маньячин? Становилось не по себе от одной только мысли угодить на человеческую пасеку, стать живым ульем, а потом и вовсе – мёдом, который культисты используют в своих безумных ритуалах. Мельница, казалось, совсем ни о чем не беспокоился. Это-то и настораживало больше всего.
Бросать свой дом Жека не хотел. Но иных вариантов не оставалось. Нужно было шевелить мозгами.
Игорь пригласил всех к себе в квартиру. Никто не стал спорить. Жека собрал всё самое необходимое в рюкзак – тот набился полностью и едва застёгивался. Ноутбук Жека тоже не забыл. Куда уж без компа…
-- Что будем делать? – тихо спросила Лиза.
-- Сначала спрячемся, -- ответил Игорь. – Заляжем на дно, перегруппируемся, накопим силы. И ударим.
-- А что будем делать с Мельницей? – спросил Жека. – Замочим?
-- Люби врагов своих, -- Игорь искренне удивился «глупости» Жеки. – Он просто страждущий, забредший в тёмную ночь и потерявшийся. Его вины в этом нет.
-- Окей… Тогда какие твои предложения? Отпустить убийцу и пусть он потом замочит нас в подворотне?
-- Зачем отпускать? Я, может, и шизофреник, однако не настолько же! Нужно указать заблудшему страждущему на путь к истине!
-- Это каким, интересно, образом?
-- О! Это целый комплекс процедур, -- ответил Игорь и принялся отвязывать Мельницу от стула. Жека напрягся и подобрал пульт. На всякий случай. – Человек есть то, что он думает. Но при том мысли в голове – это не сам человек. Это просто шум, гомон. А шум можно менять. И это гораздо проще, чем ты думаешь, мой юный подаван…
-- Он – маньяк!
-- Он не маньяк, он просто играется в маньяка. А я хочу поменять его игру. Разуму безразлично, во что играть. Лишь бы было во что.
-- Зачем ты его отвязываешь? – ужаснулась Лиза. Хоть в чём-то они с Жекой были солидарны.
-- Хочу забрать с собой. Он поедет с нами.
-- Круто. Прямо-таки, ништяк. Просто заебись…
Гопник сначала прикидывался послушным пленником, однако потом внезапно дёрнулся, чуть ли не вырвавшись из рук Игорёши. Лиза завизжала и снова бросилась к окну. Но Игорь быстро уложил Мельницу подсечкой на пол, дал леща и принялся связывать заново, уже без участия стула…
-- Тебе конец, бомжара! – гаркнул Мельница. – Мы тебе твои же кишки на лоб намотаем! Вместо тернового венка!
-- А и я не думал, что ты настолько поэтичен! – добродушно улыбался Игорёша. – Но тебе придётся помолчать.
Рот Мельнице заткнули тряпкой, которой Жека мыл полы – других не было. У киномехов не так много лишней одежды…
Свою тачку Игорёша припарковал достаточно далеко. Как выяснилось – он сразу приметил подозрительную «бэху», которая прямо-таки излучала «энергию зла». Поэтому не стал уезжать на следующий заказ, а решил охранять прелестную святую Евгению, отъехав на приличное расстояние, чтобы не привлекать внимания сидящих в засаде.