-- Приём, приём, -- на экране нарисовалось упоротое лицо Игоря, под упоротым ракурсом. Был виден каждый волосок в ноздрях. – Как слышно? Как видно?
-- Посвети своей камерой вокруг, -- попросил Жека. Сам он не снимал то, что находилось за его спиной. Чтобы культисты не определили его местоположение. – И быстрее. Хочу убедиться, что ты сейчас не в плену у культистов.
Иисус ухмыльнулся и осветил своё логовище. На коврике лежал громила. Мельница был привязан к какой-то железной штуке в стенке. Хлам, хлам, хлам…
Никого в гараже не было, а дверь – закрыта. Жека не слышал по видеосвязи, чтобы кто-то скрипнул ею. Да и Иисус выглядел расслабленным.
-- Теперь ты посвети вокруг себя, -- сказал он. – Хочу убедиться, что ты не ведёшь за собой басурман.
-- Никого я не веду, -- Жека не стал снимать местность. На всякий пожарный.
-- Ладно, верю, -- сказал Игорь. – Хоть ты в этом и сомневаешься…
-- Мы сейчас придём.
-- Валяйте.
Камера, конечно, не передавала всей вони. При входе в лачугу Жека чуть ли не поперхнулся. Лиза же выискивала взглядом тараканов, готовая в любой миг броситься бежать от страшных тварей. В гараже было темно и как-то угнетающе.
-- Присаживайтесь, -- Игорь показал на диван, перед которым он поставил небольшой столик. – Тортик кушайте. Шоколадный!
Шоколадный тортик – это круто. Но аппетита у Жеки было мало. Они с осторожностью плюхнулись на диван – и не зря. В задницу тут же впились пружины.
-- Кушайте, -- повторил добродушный Игорёк. Что ж, из вежливости надо бы… Главное, чтобы псих достал этот тортик в магазине, а не на помойке. Жека взял кусок и захавал. Ничего так.
-- А ты чего, Лиза? – спросил Игорь.
-- Я на диете, -- отказалась рыжая. Вот хитрюга…
Жека сидел и разглядывал лачугу. В уголке у стенки стоял какой-то буддистский алтарь, со слонами, с какой-то капающей хренью на какую-то другую хрень, со змеёй и чашей… Наверняка что-то глубоко символическое. На стенах висели медали. И серое рваное кимоно.
-- Вы занимались боевыми искусствами?
И не успел Игорь Иисус Шизофреникович ничего ответить, как дверь распахнулась, а внутрь залетел какой-то жилистый паренёк с красной повязкой на голове, как у Рэмбо… Жека и Лиза перепугались.
-- Сенсей! – паренёк запыхался. Он переводил взгляд то на Игоря, то на его гостей. – Сенсей! Вам угрожает опасность?! Где они?! Где они, сенсей!?
-- Успокойся, Илья, -- сказал Игорёша. – Здесь все свои. Все свои…
Илья застыл в боевой стойке «камаэ-дачи» и не знал, что делать – драться или… Вот потому и не знал! Он видел только один вариант. По пути сюда он настолько взвинтил себя, что иных исходов даже не мог себе представить.
-- Успокойся, Илья. Садись. Тортик кушать. Шоколадный.
Илья кивнул головой и опустил руки. Слово сенсея для него – непоколебимый закон. Илья подошёл к столику, вытянул стул и уселся сбоку – чтобы контролировать ситуацию и защитить сенсея, если странные незнакомцы вдруг перейдут в атаку.
-- Знакомьтесь, -- сказал Игорь. – Это Илья. Но в нашем додзё все зовут его Рябиной. Потому что он постоянно ходит с этой дурацкой красной лентой на голове…
-- Сенсей…
-- Илья -- мой самый талантливый ученик, -- продолжал Игорь. – Как и в каратэ – так и в Учении. Настоящий самурай. Но не смотрите, что он чрезмерно эмоционален… Просто он вошёл в боевой транс. Ведь так, Илья? Ты же не позволил себе потерять Осознанность?
-- Простите, сенсей… -- Илья спрятал свои глаза и покраснел.
-- Тебе нужно больше практики, Илья, -- сказал Игорёша и дёрнул свою бороду на манер кунфустера из «убить Билла».
-- Да, сенсей…
-- И хватит этих «сенсей»… Мы же не в аниме. Смотри поменьше этих дурацких японских мультиков. Они развращают душу и повергают в сансару ещё глубже. Не зря же их в основном смотрят всякие неудачники.
-- Да, сенсей…
-- Вы тренер по каратэ? – удивился Жека.
-- Да, обучаю всех желающих. В основном тех, кто не может за себя постоять. Совершенно бесплатно. Могу и тебе преподать пару уроков. Ты не умеешь драться – это видно по твоим рассеянным движениям.
-- Вы потрясающи, мастер! Вы определили силу противника, лишь взглянув на него? Но как?! – воскликнул Илья.
-- Женя нам не противник. Он союзник. Однако определил я это легко. Человек, который неловко управляется даже столовыми приборами – неловок и в бою…