Сегодня с Иван Иванычем пьем на его деньги. Иван Иваныч сделал первый глоток и по его стаканчику потекла капелька вина, как кровь лишения алкогольной девственности. Он пальцем подцепил эту каплю, чуть не упавшую на. Движением языка подцепил ее с фаланги.
Красный напиток в контраст зелёной траве оказался там, где ему надо быть - на красном языке, обжигая его и нёбо терпкостью и странным необъяснимым, но противеньким вкусом, упавшим в желудок. Ожидал, что испанское вино за шестьсот рублей будет, как проклятье, по острым зубам наводить лихорадку, ураганить язык, щупать бугорки на нёбе, обожать губы, наслаждаться сладостью нежности, радостью грубости. Ну хоть наебенюсь.
"Хотелось в рай, да чтоб без сдачи"
-Я у Чехова только скрипку Ротшильда читал, - сказал я, заходя с мороза в теплый от кондёра банк, - Это просто первый рассказ в сборнике, который я у бабушки отыскал. Но неплохо
Худой стоял возле банкомата в горячем предбаннике. Основная баня банка - это направо, за дверью, а здесь кондёр, два зелёных ящика с кнопками и деньгами и двумя людьми. Я расстегнулся от жары и увидел через стеклянную входную, что тучи уже не просто тут - они уже во всю херачат снегом, чихают огромными хлопьями.
-Красота, - продолжал я смотреть и вытягивать пальцы к источнику тепла.
-Рот ебал я эту красоту.
Тринадцать лампочек на коленях перед этим ублюдком, стеклянный взгляд с двумя золотыми веками. А, блять. Он про снег, он даже не знает её.
-Мало того, что снег убирать, так ещё и в мороз,- тыкал он четыре цифры от карты, -Пиздец же
Голове тяжело от нынешнего е банного воздуха.
-Поскорее бы съебаться отсюда, - подытожил Худой.
Голове тяжело, она падает на подушку. Хороший вечер был. Завтра будет похмелье. Надо выспаться.
Белый плевок летит по параболе с бетонного моста. У=-Х² За точность не ручаюсь. Мост то точно идеально параллелен оси Х, пыльные перила тоже. Полная низкая девушка чем-то напоминает этот плевок. Стоит, встретила какую-то знакомую, пиздит с ней, а рядом подруга, которая на последний звонок отводила, которая подбила полную низкую на то, что она нас чаем напоит, которая не знает о поцелуе. Нет, точно не У=-Х². А что тогда? Слюнявый палец - лучший прибор для измерения, а девочки смеются надо мной.
Вино хуйня, но каплю с пальца слизываю.
Теплый ветер сразу слизывает хлопья снега с асфальта. Расстегнутый иду и умираю от жары, на свитере остаются отдельные, отбитые от стаи снежинки, пуховик стал тяжёлым, как танк.
-Я не удивлюсь, если такими темпами, вечером пойду мимо речки, а там дети купаются.
Белый плевок, колыхаемый слабыми волнами уже не видно.
В испанском вине плавает мушка, но мне всё равно.
Вино очень хорошо греет, если его выпить много, залпом, в пиджаке, в сельской кафешке, на выпускной, наебениваясь от тоски.
Во французском вине тоже мушка.
Несмотря на то, что выпита треть бутылки, меня морозит этот вечер, но голова тяжелеет от желания спать. Вино хуйня.
Как же тепло в доме полной низкой, напоившей нас чаем, накормившей жаренной картошкой. Какие же теплые у нее губы, когда на фоне заката.
КАКОЕ ЖЕ ОХУЕННОЕ У НАС СЕЛО - говорю я Диме, подруге, полной низкой, знакомой, с которой они говорят, Худому, Иван Иванычу.
С испанского не улетел, а Иван Иваныч идёт по У=sinХ, как лужи тающих сугробов, замедляет мое стремление домой, как тяжёлый пуховик, надоедает, как пьянки, кладёт трубку и спрашивает у Димы про анекдот о пельменях и Виагре:"Что дальше?"
-Заходит она на кухню, а там пельмени мужа ебут.
-Знаешь, что меня больше всего пугает?- Худой, - Я не понимаю, что будет дальше. Я вот сейчас закончу школу, сдам экзамены, поступлю. А что дальше то нахуй? Я не про то, чем заниматься, я просто не понимаю, что там будет, меня это пугает. Страшно, что не понимаю, что дальше то нахуй.
-Страшно, - Дима, - Что в городе я вот так же буду где-нибудь в парке со стаканчиком сидеть, но уже один. Буду бухать и грустить.
Наконец-то дома, наконец-то снимаю свитер и смотрю, как на улице разрываются почки, вырываясь листьями, как рябина за окном распухает зеленью, а потом подытоживает май своим белым цветением.
Зелёная рябина
В белый цвет нарядилась
Русская сакура, ёпта.
Как же быстро пролетели полгода.
Глава 7 (Счастливое число)
Эпиграф:"Тебе осталось совсем немного, за твою улыбку я убью Бога"
-Ну как тебе сегодняшняя погодка?
-Да пиздец. Вот как мне одеваться надо? Может мне надо было сразу без шорт идти, вдруг совсем жарко станет?
-Да не думаю.
-А я думаю, надо было. Я не удивлюсь, если сейчас уже купается кто-то. Вообще надо было зонтик с собой взять.