Чем старше мудрец – тем мудрее, чем старше невежда – тем глупее.
Притчи
Когда-то Правда ходила по свету без одежды. Людям она не нравилась, и никто не звал голую Правду в свой дом. Правда в печали бродила по улицам и однажды встретила Притчу в красивом наряде.
– Почему ты ходишь по улицам голая и печальная? – спросила Притча у Правды.
– Плохи дела мои, сестра. Я стала старой и безрадостной, вот люди и не любят меня, – ответила Правда, опечалившись еще больше.
– Люди удаляются от тебя не потому, что ты стара, – сказала Притча. – Я тоже немолода, но чем я старше, тем интересней людям. Дело в том, что люди не любят слишком простого и открытого. Им больше нравится, когда все немного прикрыто и приукрашено.
По совету Притчи Правда оделась в красивую одежду, и с тех пор ее везде принимали с радостью. Поэтому Правда и Притча всегда ходят рука об руку.
Рабби Дов Бер
Аскетичный образ жизни привел к тому, что суровый и мрачный Дов Бер серьезно занемог, и старания врачей были безуспешны. Когда все методы лечения были испробованы, кто-то предложил:
– А почему бы не обратиться за помощью к Баал Шем Тову?
Дов Бер согласился на это предложение, хотя вначале был категорически против, ибо крайне негативно относился о Баал Шему, которого считал еретиком. Дов Бер был уверен, что человек может сделать свою жизнь осмысленной только путем перенесения страданий и несчастий, тогда как Баал Шем всячески старался смягчить боль и открыто проповедовал свою теорию о том, что только дух радости может наполнить жизнь смыслом.
Было уже за полночь, когда Баал Шем отозвался на просьбу и приехал в дорогом пальто и меховой шапке. Он зашел в комнату и протянул больному рабби «Книгу радости», которую тот начал читать вслух.
Дов Бер успел почитать не более минуты, как Баал Шем прервал его.
– Чего-то не хватает, – сказал он. – Чего-то недостает твоей вере.
– Чего же? – спросил больной.
– Души, – ответил Баал Шем Тов.
Толкование ребе Исраэля
Это не помешало магиду Дов Беру стать наследником учения Баал Шем Това.
Ребе Дов Бер всегда молился по утрам в полном одиночестве. Однако, когда в конце богослужения наступал черед молитвы «Ничто не сравнится с нашим Господом», он просил кого-нибудь из учеников собрать миньян (десять взрослых людей, необходимых для общей молитвы), чтобы завершить утренний ритуал вместе.
Однажды утром в миньян был включен молодой человек по имени Иаков Ицхак Горвиц (много лет спустя ставший известным как Хозе-провидец из Люблина). Когда Дов Бер увидел Иакова Ицхака, он воскликнул:
– Неужели вы не могли найти никого другого? Он же ни на что не годен. От него будут одни неприятности!
Ученики были удивлены грубым тоном и оскорбительными словами своего ребе, но промолчали, и никто из них не побежал искать Иакову Ицхаку замену.
– Ну ладно, – вздохнул магид.
Возвращаясь к молитве, он возгласил:
– Ничто не сравнится с нашим Господом!
Едва отзвучали эти вступительные слова молитвы, как Иаков Ицхак упал на пол.
Ребе и ученики бросились к потерявшему сознание юноше. Когда все обошлось, Дов Бер проворчал:
– Говорил я вам – этот парнишка расстроит всю молитву. Только я сказал: «Ничто не сравнится с нашим Господом!» – как он моментально ощутил в этих словах сокровенный смысл: «Нет ничего, кроме Господа». И стоило ему лишь осознать это, как чувство обособленности от мира покинуло его, и он потерял сознание. Найди вы для миньяна кого другого, кто не воспринимает сокровенного смысла слов, наше утреннее моление давно бы уже закончилось.
Толкование рабби Исраэля
Сравнение и противопоставление – отражение сущности человека. Но если встречаешься с чем-то в буквальном смысле несравненным?
Вот, например, Бог. Его невозможно отделить от остальной реальности. И потому пытаться познать его при помощи сравнения и противопоставления – все равно что стараться укусить собственные зубы или понюхать свой нос. Это попросту невозможно.
Именно это всякий раз открывал себе ребе Иаков Ицхак, когда пробовал вообразить Бога: в тот же миг разум хасида рассыпался, и он терял сознание. Как сказал Дов Бер, Иаков Ицхак был ни на что не годен – или, переставив слова, – годен на Ни-что: Божественное Ничто, все порождающее.
Некоторые последователи хабада придерживаются обычая включать в свои молитвы моменты безмолвного созерцания. Хасид сосредотачивается мыслью на откровениях учения, раскрывающих истинный смысл слов молитвы, которые он собирается произнести.