— Предложение? — Эмбер невольно вздрогнула и посмотрела ему в лицо, но шейх по-прежнему смотрел вдаль.
— Деловое предложение, мисс Макгонер. Видите ли, сразу после ужина стало известно, что мой завтрашний визит в Боливию откладывается, и…
Она чуть не вскрикнула! Как?! Он собрался завтра лететь в Боливию и ничего ей не сказал! И тут же одернула себя: кто она такая, чтобы глава государства делился с ней планами?
А шейх тем временем продолжал:
— …я решил этим воспользоваться и устроить себе маленький отпуск. А поскольку обещал вам организовать экскурсию к бедуинам, то подумал: почему бы мне не совместить свой отдых и вашу экскурсию? Вы не будете против, если я стану сопровождать вас?
У Эмбер перехватило дыхание, и она чуть не бросилась к нему с объятьями. Но вовремя опомнилась.
— Конечно! Я так вам благодарна, — справившись с собой, она старалась быть сдержанной, хотя на самом деле ей так хотелось крикнуть: «Я безумно рада! Просто счастлива!» — И когда мы отправляемся?
— Собственно, я рассчитывал завтра на вертолете отвезти вас в клан своих дальних родственников. Не удивляйтесь, моя семья сама кочевала всего лишь сто лет назад. Однако, — он улыбнулся как бы даже виновато, по-прежнему избегая смотреть на Эмбер, — поскольку вы все равно не спите и уже скоро рассвет, мы могли бы прямо сейчас поехать на машине. Вам ведь, несомненно, будет интересно увидеть пустыню на рассвете.
Эмбер молчала: ей вдруг начало казаться, что это все — только сон, а на самом деле не было ни женщины, ни ларца, ни Рашида, и шейха сейчас рядом с ней нет. Только бы не просыпаться, иначе он опять исчезнет как дым…
— Но если вы, мисс Макгонер, хотите поспать несколько часов, тогда утром мы вылетим на вертолете: днем на машине в пустыне вам будет слишком жарко.
— Нет, нет! Я начинаю собираться прямо сейчас! Я хочу увидеть рассвет в пустыне! Не будем терять времени!
Его лицо вдруг оказалось совсем близко.
— Конечно, мы не будем его терять.
В ее голове все закружилось: если это сон, то она может смело поцеловать его, а если все-таки нет?…
— Хорошо… — Она не сводила с него глаз. Его глаза теперь тоже неотрывно смотрели на нее, они были так близко, что она видела только их. Так сон это или не сон?
Он вдруг нежно провел пальцами по ее волосам и притянул к себе. Потом прошла целая вечность, и он прижался к ее губам.
Стоило ей лишь коснуться его губ, как она уже не могла больше сдерживаться. Она жарко задышала и закрыла глаза, приникая к нему еще теснее.
Он целовал ее так нежно и чувственно, как никто и никогда. В поцелуе пылала страсть, словно дивное обещание чего-то неизвестного и прекрасного.
Эмбер отчетливо понимала, что готова на все. Ее плоти нужен этот мужчина со всем его неистовством и нежностью, и она жадно ответила на поцелуй.
Потом, переводя дыхание, он отстранился и смотрел на нее своими темными, бездонными, переполненными диким желанием глазами. Он словно видел все, что творится в ее душе.
— Думаю, теперь мы друг друга понимаем абсолютно, — произнес он и, загадочно улыбаясь, провел пальцами по ее лицу. — Действительно, не будем терять времени. — Неожиданно резко он шагнул к кровати, рванул парчовое покрывало и набросил на Эмбер. — Ну, скорее, берите вашу одежду! Остальное мои люди привезут потом.
— К чему такая спешка? — проговорила она. Парча укрыла ее с ног до головы. — Или это не экскурсия, а похищение?
— Экс-кур-си-я, мисс Макгонер, — заглядывая ей в глаза, он обнял ее и еще раз поцеловал. — Когда мы доберемся до места, вы убедитесь, что отправляться на экскурсию к бедуинам стоит только так и никак иначе!
— Это как с айвой?
— Верно!
Он основательно закутал ее в парчу, обнял за плечи и торопливо повел по коридорам. Сквозь покрывало Эмбер чувствовала тепло и силу его рук и, прижимая к груди брюки и блузку, думала: ну и пусть, что все было заранее подстроено, зато это станет одним из лучших приключений в ее жизни и, уж точно, с самым лучшим в ее жизни мужчиной!
Они шли довольно долго, несколько раз спускались и поднимались по лестницам. По дороге к ним присоединился Рашид, одетый не как обычно, по-европейски, а в белой «рубахе» и каффии, и еще какие-то люди, некоторые даже с оружием. Все отрывисто по-арабски переговаривались с шейхом, и голоса людей были как будто встревоженными, за исключением оживленного голоса самого шейха. К тому же он время от времени покрепче прижимал к себе Эмбер, и ее вдруг возникавшее беспокойство рассеивалось.