— Я просто интересуюсь. Коль скоро сыночек отказал мне в должности, так может поведает хотя бы что удумал. Глядишь что-нибудь дельное присоветую. А то всё сам с усам.
— Вообще-то, он пока не давал повода усомниться в его способностях. Иначе я уже давно пресёк бы все его начинания, — беря огниво, заметил отец.
Это да. Мне всего лишь девятнадцать, и по закону я всё ещё несовершеннолетний. Так что он имеет право прижать меня к ногтю и посадить под арест. Как и отобрать все мои активы. Вот только родители прекрасно сознают, что в этом случае, со всей любовью к ним, я поступлю по своему, и помешать мне они не смогут. А вот потерять, очень даже.
Не то, чтобы я окончательно наплевал на них. Такого не случится, я же говорил, что в этом мире отношение к семье у меня диаметрально противоположное, тому, что было в родном. Но из дома точно уйду, и понукать собой не позволю. Родители это поняли ещё когда я был мальцом, а потому помогать помогали, но особо не препятствовали, во всяком случае, последние года три.
— Ошибиться может всякий, и совет никогда не помешает, — пожала плечами мать, которую явно гложет обида.
— Если коротко, то полк трёхбатальонного состава, по три роты, из трёх взводов под командой офицеров, три же десятка по дюжине нижних чинов в каждом.
— Офицер во главе взвода? Пётр, тебе не кажется, что их количество в этом случае будет избыточным. На роту вполне достаточно и пары офицеров. Тем паче, что нижних чинов у тебя получается меньше, чем в по существующим штатам.
— Меньше, но благодаря скорострельным, дальнобойным и более точным винтовкам их эффективность гораздо выше. К тому в каждом взводе будет ещё один десяток огневой поддержки из шести нижних чинов, на вооружении которого будет картечница, по факту пушка однофунтовка.
— Пушка во взводе? — удивилась матушка.
— А не перебор? — удивился отец.
— Нормально. Зато по огневой мощи взвод сравнится с двумя фузилёрными ротами обычного состава. Плюсом к этому в каждом батальоне по четырёхорудиной батарее полевых гаубиц, которую мы сейчас и испытываем. Далее Отдельная рота и батарея личного резерва командира полка, рота драгун, с тремя картечницами, эскадрон лёгкой кавалерии и рота обеспечения с полевыми мастерскими.
— А можно поподробней? — всё же не удержалась матушка.
Я хотел было сослаться на занятость. Как раз обдумывал вопрос снабжения полка и именно боеприпасами в первую очередь. Имелись у меня по этому поводу кое-какие мысли, и после ленивого часа я хотел подступиться к этому вопросу. Но решил, что не стоит обижать матушку. Опять же, вдруг и впрямь чего полезного присоветует, всё же столько лет в армии, да ещё и на границе с Диким полем. Она многое знает о повадках татар.
Разговор затянулся до обеда, и не сказать, что он оказался бесполезным. Я выслушал несколько дельных замечаний матушки, по тактике, которые принял к сведению. Да и батюшка кое-чего присоветовал в плане тылового обеспечения, и в частности продовольствием и фуражом. Словом время я провёл с пользой.
После обеда, я удалился на хозяйственный двор, в дальний сарай где размещалась импровизированная кузня, ну или мастерская для домашнего пользования. Хруста с Зимой поставил в охранение, чтобы меня не застали врасплох. Те быстренько конюху выписали литерный, чтобы он к сараю и близко не подходил.
Холопов-пушкарей я приставил к гаубице и картечнице. Они с ними вокруг имения круги нарезают, по полевым дорогам, выпасам да не угодьям. То носятся как угорелые, то выставляют орудия на позицию, и имитируют несколько выстрелов, используя учебные снаряды. Вообще-то в это время я опять собирался провести стрельбы, но не сложилось, матушка отвлекла.
Для чего всё это? Так ведь ясно же. Испытания. Нужно установить запас прочности стволов, и вообще конструкции. Насколько прочным получился сам лафет, и не развалится ли при быстром перемещении на бездорожье, а других путей тут и в помине нет. В пушечном цеху сейчас затишье, ожидают результатов испытаний, которые пока идут вполне себе успешно.
Правда снаряды по цене кусаются. Шутка сказать, но один град или граната обходятся в три с половиной рубля, заряд картечи в один рубль двадцать копеек. И это без стоимости латунных гильз. Они конечно многоразовые, и предусматривается их перезарядка, но сейчас-то за них приходится платить звонкой монетой.
Так что, хочешь не хочешь, а пора уже заняться вопросом который вслед за Ворониным подняла матушка. Снаряды, порох, картечь и свинец. Четыре составляющие победы на поле боя. Конечно в немалой степени я ставлю на одарённых, но если решат задавить мясом, то офицеры довольно быстро выдохнутся, а тогда уж выстоять сможем только благодаря огневой мощи.