— В смысле? Это ты обо мне? Какое, нахрен, привидение, где тебя так потрепало, что забыл своего помощника?
— Час от часу не легче, то медведь со своей дружбой, то вот это со своей помощью. Не знаю тебя, впервые вижу.
Подойдя ближе к Анри, существо стало всматриваться в его черты.
— Так-так, точно, ты другой, но пахнешь как мой давний напарник.
— Ты вообще кто? Уж не вампир ли, вон какой страшный и бледный.
— Зачем пришёл? Кто привёл? И почему обзываешься? — обиженно проговорило существо.
— Пришёл посмотреть, что это, привёл медведь, наверное. Так кто ты, если не вампир?
— Странно, наверное, тоже ошибся, хотя зверь почуял в тебе его, но ты не он. А ну-ка дай-ка пощупаю.
— Вот ещё, зачем?
— Мне понять нужно, кто же ты, в тебе течёт его кровь, может, сын? Поэтому его так долго нет, ушёл и не вернулся.
— Я не он, иначе бы знал, кто передо мной. И почему зверюга там на берегу решил со мной рыбой поделиться.
— Медведь, он просто проводник, без его разрешения сюда никто не войдёт. Ну, кроме самого.
— Ты можешь объяснять нормально? Я ничего не понимаю из всего тобой сказанного.
Глава 16
Фенч был обескуражен поведением молодого человека. Он так долго находился в башне в одиночестве, что мысли его путались. Давно ни с кем не разговаривал, силы последнее время просто таяли. Он был хранителем этого здания и помощником владельца башни.
— Тебя как зовут, молодой человек? Может, имя твоё мне о чём-то скажет?
— Анри. Если честно, то прошлого своего не помню совсем.
— Ты позволишь мне воспользоваться своими силами и помочь вспомнить?
— А давай, что теряю, ничего, а так жить в неведении тоже не очень. Совершенно не понимаю ничего в этом мире.
Взяв за руки Анри, попросил того закрыть глаза, перестать напрягать мозг вопросами, расслабиться.
На Фенча словно ушат холодной воды вылили. Сопротивление было очень сильным. Наложенная печать тишины была мощной.
— Ну что? Получилось?
— Нет! — как отрезал ответил тот. — Кто бы мог такое сделать? Очень мощное заклятие. Если не боишься, то дам микстуру, она снимет блок, и тогда, возможно, что-то прояснится.
— А давай, по-любому сам не вспомню, так, может, сработает микса твоя.
Фенч улыбнулся, хороший парень, подумал, идя к полкам.
— Значит так, сначала у тебя закружится голова, но ты не бойся, это нормально. Потом на пару секунд отключишься. Ну понимаешь, это так работает, по-другому никак. И всё, посмотрим и включим тебя на раз.
Протянул пыльный пузырёк с жидкостью, которая переливалась разным цветом, словно живая.
— Брр, ну и гадость редкостная.
— Естественно, они все такие.
Прошла пара минут, но ничего такого с Анри не происходило. Никаких отключек.
— Не работает твоя гадость, и мозг молчит.
— Ладно, сейчас посмотрим.
На этот раз Фенч не стал брать за руки, приложил свои ладони к его голове.
— Ну и ну. Во дела, ничего не понимаю. Как такое может быть?
Отойдя от Анри, смотрел с подозрением и недоверием.
— Что там? Печать тишины взломана?
— Печать не взломана, но информация есть, не знаю, насколько она тебя обрадует. И стоит ли говорить это сейчас.
— Да вы достали уже своими тайнами. Один: «Тебе не время ещё», второй туда же. Что такого в ней, что вы так боитесь её озвучить?
— Да ничего, просто твоя внешность, твои ответы, всё твоё поведение — это отрицание того, что увидел. Но оно есть, и непонятно, то ли ты притворщик такой и можешь скрыть свою принадлежность, короче, не понимаю ничего.
— Говори, иначе…
— Не иначе и никак ты мне не сможешь навредить, хотя и я тебе тоже. Могу предложить остаться на пару дней, сделаем уборку, вместе что-нибудь приготовим, давно не было у меня общения, истощал совсем.
— Так я же не один, меня искать начнут, что тогда?
— А ничего тогда. Там и тут время течёт по-разному. Когда надумаешь уйти, то выйдешь ровно в тот момент, в который зашёл. Ну так что, остаёшься?
— Тебе-то зачем, чтобы остался? Хитришь, хранитель.
— Зачем мне хитрить, открыто говорю, что истощал от одиночества, хочу общения, эмоций. Или ты боишься, что твою жизнь высосу? Не боись, не питаюсь жизнями, наоборот, у нас тандем. Ты мне, я тебе.
— В смысле?
— В прямом смысле. Что за тугодум. А так посмотришь, не дурак, но не понимает.
— Прикинь, не понимаю. Говорю же, память отшиблена, поэтому ни хрена не понимаю. Не нервируй меня уже.
— Ладно, хорош сердиться, мне это не нравится. Так чего, остаёшься?