До такой степени он был похудевшим, просто невероятно, некогда крупный, красивый мужчина, и вот теперь лежит, пристегнутый ремнями, то, что от него осталось.
Только хотел было подойти, но вдруг отец открыл глаза, приподнял голову и посмотрел на Анри.
По коже мурашки побежали. Взгляд безумца или человека, которого нет? Анри отшатнулся, словно удар получил.
Прищурив глаза, стал прощупывать вокруг отцовского ложа пространство, не приближаясь слишком близко. То, что он увидел, объяснило многое.
Как же так, ты же сильный маг и попался на такую удочку. Над отцом висела пелена из паутины. В некоторых местах она касалась его обвисшей кожи, и там виднелись ожоги.
Паутина не давала ему прийти в себя, сводя постепенно с ума. Если так будет продолжаться и дальше, то безумие захлестнет его окончательно, если уже не захлестнуло.
Глава 49
Два родных человека молча смотрели друг на друга, один безумным взглядом, другой искал выход. Про пелену паутины, которой накрыли отца, он знал многое. Но почему никто не стал помогать, неужели никто не видит, что происходит, или тут всё подстроено?
Скрываться далее нет смысла, иначе отца не вернуть.
Плюнув на все предосторожности, Анри приступил к уничтожению сковавшей отца паутины.
Действовать нужно предельно осторожно, потому что каждая нить, если упадёт, будет оставлять глубокие ожоги на теле пленника.
Погружая себя в транс, Анри подстраховался и запечатал двери, чтобы никто не посмел ему помешать.
Ну а теперь самое главное и не менее опасное. Долго искал начало этой паутины, кто-то очень искусно поработал, спрятав все концы. Но желание спасти, распутать было очень велико, и у Анри хватило терпения всё-таки найти один из них.
Ухватив светящимся щупом конец плавающей паутины, стал медленно узор за узором распутывать. Осторожно, не торопясь нить паутины сматывалась в клубок. В один момент показалось, что она вот-вот коснётся отца или упадёт на него, но всё обошлось. Смог удержать, не дать случиться непоправимому.
А за дверью явно что-то происходило. Магия Анри кого-то разбудила, и он стоял за дверью, пытаясь открыть.
Пусть, никто сейчас не сможет помешать. Никто не войдёт. Не отвлекаясь на возню, продолжил свою магию.
И вот остался последний участок, а отец всё так же лежал с безумным взглядом, словно происходящее его никак не касалось.
Последний виток, весь клубок висит в воздухе, лёгкое движение руки — и он объят синим пламенем. Треск стоял невероятный, синее пламя поглотило без остатка то, что было тюрьмой отца.
Как только последняя искра погасла, послышался вздох облегчения. Но подходить к отцу Анри не торопился. Слишком долго тот пробыл под её воздействием, и теперь нужно было время, чтобы он пришёл в себя.
А с той стороны двери всё затихло. Видимо, поняв, что происходит, ретировался, иначе придётся отвечать по строгости закона.
При свете ночника было похоже, что пленник уснул. Постояв возле кровати с полчаса, Анри подошёл к отцу, положил руку на его сердце. Сердце билось ровно. Значит, всё будет хорошо, выкарабкается. Достал микстуру из рюкзака и несколько капель капнул тому в рот.
Ресницы дёрнулись, и открылись глаза. Да, взгляд был ещё затуманен, но не безумный.
— Ты кто? — еле слышно прошептал.
— Молчи, тебе рано ещё разговаривать. Подожди, сейчас легче станет, а пока поспи. Я тут рядом буду, утром поговорим.
Достал другой флакон, добавил капель для сна. Пусть спокойно спит, а утром полегчает. Освободил ему руки, поправил постель и подушку.
Сам же примостился тут же и уснул спокойным, но чутким сном.
Проснулся оттого, что кто-то его дёргает за плечо.
— Парень, ты откуда взялся?
— Издалека, долго рассказывать. Как себя чувствуешь?
— Немного легче, но ещё какая-то слабость, словно желудок слипся от голода.
— Сейчас исправим это дело. Ты, по-моему, на самом деле был на голодном пайке. Кожа да кости остались.
Запустил руку в рюкзак, нашёл волшебную настойку, которую всегда делает Фенч на всякий случай, если вдруг придётся долго скрываться. Она очень хорошо и бережно утоляла и жажду, и голод.
Приподняв голову отцу, влил немного.
— Подожди немного, сейчас почувствуешь облегчение в желудке. Исчезнет тяжесть и голод.
— Так ты и не ответил, ты кто такой и что тут делаешь, и вообще, что происходит? — В голосе послышались властные нотки.
— Может, посмотришь сам, кто я? Зачем слова тратить, когда такой маг, как ты, без слов распознать может любого.