Сара покраснела и сделала вид, что нюхает розу.
- Мне никогда не приходилось спать с кем-то вместе. Возможно... стоит попробовать. Ты сегодня столько сделал, чтобы я чувствовала себя комфортно. Спасибо, Микель.
- Я рад, - скромно ответил муж. - Постараюсь угождать тебе и в будущем.
Такое заявление очень обрадовало Сару. Если бы она уже не была влюблена в него, то влюбилась бы с этой самой минуты. Как жаль, что она не может сказать ему о своей любви. Шагнув к нему, она обвила руками его шею.
- Никто из мужчин не доставлял мне такого удовольствия, как ты.
Расценив ее объятия как призыв, Микель крепко прижал Сару к груди.
- Ах, Сара, милая Сара, как приятно держать тебя в объятиях и прижимать к сердцу, когда на тебе нет этих женских штучек.
- Я сама не люблю их носить, - ответила Сара, еще крепче прижимаясь к его сильному телу.
Несколько минут они стояли, молча держа друг друга в объятиях.
- Мне кажется, что каждая ночь медового месяца несет в себе новое открытие. Но коль скоро мы решили следовать индусскому обычаю, что мы должны делать сейчас? - спросила Сара с лукавством.
Микель на минуту задумался, и его лицо стало серьезным.
- Я много путешествовал и многое повидал, - сказал он. - Хочешь, я прочитаю тебе лекцию о сексуальной жизни разных народов и, возможно, кое-что продемонстрирую? Если что-то не понравится, прерви меня.
- Лекция, да еще с иллюстрациями, - рассмеялась Сара, - это интересно. - Она потерлась щекой о кафтан мужа.
- Я постараюсь не выходить за рамки приличий, - сказал Микель, взяв жену за подбородок. - Начнем с того, что предназначение женщины - рожать детей. Это закон природы, и он дает ей право найти себе сильного мужчину, который мог бы защитить и ее, и детей.
Плохой мужчина может погубить жизнь женщины, поэтому девочек с самого раннего детства учат разбираться в мужчинах и их намерениях.
- Но женщину ведь может влечь к мужчине, и она поддастся соблазну, как это случилось, например, со мной, - заметила Сара.
- За что я благословляю небо, - ответил Перегрин. Он нежно водил костяшками пальцев по шее Сары. - Западные женщины несут двойное бремя: подчиняясь закону природы, они должны защищать себя от мужчин и в то же время считаться с мнением христианской церкви, которая тысячелетиями учит: плотская любовь - это зло. Но это идет вразрез с природой.
- Спасибо матушке-природе, - сказала Сара и внезапно подумала, осознает ли ее муж, какие чувства вызывают в ней его легкие прикосновения. Сейчас он водил пальцем вокруг ее уха, и его нежное движение отдавалось сладкой болью в самых потаенных уголках ее тела.
- Когда девочка, воспитанная на страхе и ненависти к мужчине, вырастет, вряд ли из нее получится нежная и любящая жена, - продолжал Перегрин. - Некоторые женщины за всю жизнь так и не могут преодолеть страха перед мужчиной, и это делает несчастными обоих.
Расслабленность Сары моментально исчезла, когда муж потянул за ленточки пеньюара и он мягко упал к ногам. Он положил ей на плечи руки и стал большими пальцами массировать ей впадины возле ключиц.
- Я хочу научить тебя любить свое тело, Сара, - сказал он. - А затем, со временем, ты научишься любить и мое.
- Одни тела легче любить, чем другие, - заметила Сара и тотчас пожалела о своих словах, так как руки мужа замерли и он резко развернул ее к себе. По взгляду его зеленых глаз она поняла, что ее слова всколыхнули в его душе что-то такое, о чем он хотел забыть.
- Ты считаешь, что твое тело нельзя любить? Ошибаешься, милая Сара. С первого момента, когда я увидел тебя в саду, я понял, как ты прекрасна.
- Тебе незачем говорить мне неправду, я все равно никогда не поверю. Сара отвела глаза от его проникающего в душу взгляда. - В лучшем случае меня можно назвать симпатичной.
- Глупости, Сара. - Перегрин подвел ее к простенку, где висело большое старинное зеркало, и поставил так, чтобы было видно их обоих в полный рост. Голова Сары упиралась мужу в подбородок. - Посмотри в зеркало, Сара. Перегрин распустил ей волосы, пропустил их между пальцами, и они золотистым потоком легли ей на грудь и плечи. - Твои волосы волшебны. Они напоминают нити старинного золота, из которого соткана одежда богов. У Росса такие же волосы, но я никогда не обращал на них особого внимания, а твои - просто чудо. А теперь посмотри на свое лицо. Оно прекрасно, Такое лицо никогда не выйдет из моды. - Перегрин пальцами очертил овал ее лица. - Всякий раз, когда я смотрю на тебя, мне на ум приходит сивилла, чистая и мудрая.
Перегрин нагнулся, подхватил подол ее прозрачной ночной рубашки, и Сара не успела опомниться, как рубашка уже лежала на полу. У нее перехватило дыхание. Она быстро нагнулась и подобрала рубашку. Покраснев до корней волос, она прижала ее к себе. Ни разу в жизни она еще не стояла перед мужчиной обнаженной, но еще стыднее было разглядывать себя вместе с ним в зеркале.
- Зачем ты это сделал? - спросила она сердито.
- Я хочу, чтобы ты увидела себя моими глазами. Пройдя через это, ты полюбишь свое тело.
Перегрин положил левую руку на талию жены, прижал покрепче к себе и заставил посмотреть в зеркало.
Мягкий бархат кафтана приятно ласкал Саре кожу. На, фоне рослой фигуры мужа Сара увидела себя - жалкое, бесцветное существо, пытающееся прикрыть грудь. Правой рукой Перегрин отвел руку Сары, обнажив грудь.
- У тебя чудесное тело, нежное и женственное, а грудь просто восхитительна. - Перегрин положил ладонь на грудь Саре, и она замерла. - У тебя такая точеная талия, - продолжал Перегрин, - что я могу обхватить ее руками, но пока не буду этого делать, иначе ты убежишь от меня, спрячешься под одеялом и не вылезешь оттуда до самого завтрака.
Сара закусила губу, чтобы не рассмеяться. Она почувствовала себя свободнее и расслабила кулак, сжимавший ночную рубашку. Воспользовавшись моментом, Перегрин быстро опустил ее руку вниз, так что теперь рубашка прикрывала только ее ноги и то место, которое обычно ассоциируется с фиговым листком.
Перегрин провел ладонью по изгибу ее бедер.
- Какой чудесной создала природа женщину, - сказал он. - Попытайся понять это.