- Отчасти, - ответил Слейд, не испугавшись гнева хозяина. - Я по возможности прикрыл свои тылы, работая через посредников, но при желании можно выйти и на меня, а через меня - на вас. - Слейд резко бросил на стол ручку. - Вы спасли меня в Индии, Микель, и в знак благодарности я верой и правдой служу вам, но я юрист, а не солдат, и, откровенно говоря, у меня нет ни малейшего желания погибнуть в этой кровавой войне. А как вы защитите прислугу, например, Дженни Миллер? Или вашего друга лорда Росса? А вы подумали об отце вашей жены? Вы сможете защитить их всех?
Как ни был зол сейчас Перегрин, он понимал, что Слейд прав. Долгие годы он был один и рисковал только своей жизнью. Теперь же у него появилось ближайшее окружение. Это были его друзья, коллеги по бизнесу, родственники жены.
Но главное - Сара. Если Велдон захочет отомстить Перегрину, он сразу начнет с нее, которую уже ненавидит за предательство. Милая Сара, она даже не представляет, на какое зло способен человек.
В жилах Перегрина застыла кровь при мысли о том, что Велдон может сделать с Сарой. Настало время изменить тактику.
- Наймите с полдюжины мужчин, которые хорошо владеют оружием и которых нельзя подкупить, - приказал Перегрин Слейду. - Я по достоинству оценю их преданность.
Но это только частичное решение проблемы. Слейд абсолютно прав: нельзя заточить Сару в башню, это ей совершенно не понравится. И даже если Велдону не удастся разыскать ее, он может отомстить тем, кого она любит.
Слишком многих людей он рискует поставить под удар, поэтому надо как можно скорее заканчивать с Велдоном.
- Пожалуй, пора кончать играть в кошки-мышки, - сказал он Слейду. Надо кончать с Велдоном.
- Чем скорее, тем лучше, - согласился поверенный.
Они еще немного поговорили, и Перегрин уехал.
Слейд еще долго сидел, тупо уставившись в окно. Дурные предчувствия не покидали его: так хорошо разработанный план мести мог сорваться на последнем этапе. Перегрин затеял игру в кошки-мышки, но Велдон скорее крыса, чем мышка, а когда крыса загнана в угол, она становится очень опасной.
Глава 18
Муж кузины Летисии лорд Стэнфорд был очень богатым человеком и влиятельным членом партии вигов. Бал, устраиваемый в честь первого выхода в свет его дочери, являлся событием грандиозным в этот осенний светский сезон.
Подъезжая к особняку на Гросвенор-сквер, Сара шепнула мужу:
- Чарлз Велдон - родственник мужа Летти, и он обязательно приедет на бал.
- Я в этом не сомневаюсь, - ответил Микель, оглядывая вереницы карет впереди и сзади них. - Похоже, сегодня здесь собрался весь высший свет Лондона. Ты боишься встречи с ним? - спросил он жену, становясь серьезным.
- Рано или поздно, но мы должны будем встретиться, - ответила Сара. Лондонское общество не так велико, чтобы можно было избежать этого. - Сара, волнуясь, обмахивалась черепаховым веером. Ей было жаль Чарлза. Она чувствовала себя виноватой из-за разрыва помолвки. - Сначала будет трудно, но со временем все забудется, и мы сможем легко смотреть в глаза друг другу.
- Если хочешь, я все время буду рядом, - предложил муж.
- Это необязательно. Чарлз слишком гордый, чтобы устраивать сцены. Кроме того, папа хочет представить тебя своим старым друзьям.
- Значит, он решил публично признать меня своим зятем, - заметил с улыбкой Микель. - Я думал, что, представив меня королеве, он уже сделал это.
- Папа не хочет, чтобы все думали, будто он не одобряет мой выбор. Он очень гордый человек. - Сара бросила на мужа нежный взгляд. - Тебе не понравилась презентация? Ты сказал мне только, что вел себя достойно и не опозорил моего отца.
- Процедура была небезынтересной, хотя мне бы не хотелось повторить ее снова. На ней присутствовало два десятка мужчин, и я чувствовал себя среди них верблюдом. Надеюсь, мои слова не будут истолкованы как государственная измена, но ваша Виктория смахивает на девицу с блуждающим взглядом.
- Пожалуй, ты прав, но не вздумай сказать это кому-нибудь еще, рассмеялась Сара. - Дрине только двадцать лет, и, естественно, из всех своих немецких кузенов она выберет себе в мужья самого красивого.
- Дрина?
- Сокращенно от Александрина, так мы звали ее в детстве, - разъяснила Сара. - Став королевой, она выбрала одно из своих многочисленных имен. Королева Виктория гораздо звучнее, чем королева Александрина.
- Ты никогда не говорила мне, что знаешь королеву близко, - заметил Микель с интересом.
- Ребенком я часто навещала ее в Кенсингтонском дворце. Благодаря своему высокородному происхождению я считалась подходящей подругой для принцессы. Несмотря на то что я на семь лет ее старше, мы очень дружили. Дрина была очаровательным ребенком, и я ее всегда жалела, так как ее мать герцогиня Кентская держала девочку взаперти. Когда герцогиня увидела, что Дрина очень ко мне привязалась, она перестала пускать меня к ней.
- Такое заточение не могло пойти на пользу будущей королеве.
- Возможно, - согласилась Сара, - но, несмотря на воспитание матери, Дрина осталась прямодушной. Она честна и имеет собственное мнение. Став королевой, начала выплачивать двадцатилетний долг своего отца из денег, ассигнованных на личные расходы. Об этом знают только несколько человек.
- Ганноверы, выплачивающие долги? Это что-то странное. Наверное, ее дядюшки переворачиваются в гробах, узнав об этом. Может, ее подменили эльфы?
Сара громко рассмеялась.
- Этого ты тоже не должен говорить во всеуслышание. Дрина хороший человек и будет хорошей королевой. Она предложила мне стать придворной дамой, и я почти согласилась. Но жизнь при дворе не для меня, и потом мне пришлось бы много стоять, а это плохо для моей больной ноги, и я отказалась, сославшись на нее. Иногда и хромота помогает.
Карета немного продвинулась вперед и остановилась.
- Не знаю, как при дворе, - сказал Микель, - но ваша светская жизнь представляется мне очень скучной, и я хотел бы поскорее вернуться в Сулгрейв.
- Однако ты легко ее переносишь. Неужели тебя до сих пор тянет к примитивной жизни?
- Не такая уж она и примитивная, - заметил Микель. - Многие племена живут по очень сложным законам, о каких в Лондоне и не слыхивали. - Микель отвернул перчатку на руке Сары и запечатлел на ней нежный поцелуй. - Ты надела черные кружевные панталоны, которые я подарил тебе вчера? Мне было бы это очень приятно.