– Договорились. – Она вздохнула. – Хорошо, я постараюсь. Чего вы хотите от рушрайков?
– Самое главное – наладить независимые от ООН торговые связи как с США, так и со всеми инопланетянами. Нам нужно продовольствие, станки и так далее – полный перечень товаров найдешь в компьютере. Надо восполнить все то, что мы потеряли по вине Прялки.
– А оружие?
– Ни в коем случае. – Заметив, что она удивилась, он усмехнулся. – Да, я человек военный, да, один раз мы уже подверглись нападению – это верно. Но сейчас, чтобы выжить, нам нужно и выглядеть, и действовать так, чтобы никто не опасался, что мы можем причинить зло. Заметь, все эти ребята на боевых машинах, томящихся в небесах, знают о Космической Прялке еще меньше, чем мы. Они понятия не имеют о том, что мы не умеем управлять ею. Мне уже пришлось пару раз уклониться от настойчивых вопросов о том «оружии», которое мы применили против мзархов, причем один из них касался его радиуса действия. Стоит нам принять воинственный вид, как они тут же договорятся между собой и выступят сообща.
– Вполне возможно, – с неохотой призналась она. – Просто неприятно чувствовать свою беззащитность.
– Мне тоже, но ничего не поделаешь.
Она пожала плечами, и на этом вопрос об оружии был исчерпан.
– Хорошо. А как мы будем расплачиваться с рушрайками?
Мередит тяжело вздохнул. То, что он собирался сделать, было ему ненавистно, но выхода не было.
– Расплатимся с ними, как и с другими народами, с которыми придется торговать, тем, что у нас есть – кабелем прядильщиков. Окончательную стоимость одного метра установим тогда, когда завершим испытания его физических свойств.
Кармен мрачно посмотрела на него.
– Значит, вы собираетесь продавать кабель инопланетянам? А что, если кто-то из них догадается, из чего он сделан или как действует клей… да мало ли что?
– В это трудно поверить, – сухо ответил он. – Но даже если и так, вряд ли мы окажемся в убытке. Если доктор Хафнер прав, завод прядильщиков должен быть размером с небольшой город, так что причин для волнений нет: пусть рушрайки с ктенкри сговорятся – все равно у них не получится утащить его с собой. – Заметив, что она не успокаивается, он замолчал. – Ты не согласна?
– А что будет с Землей? Вы собираетесь бесплатно отдавать кабель ООН и США или будете продавать его за ту же цену, что и другим народам?
Мередит покачал головой:
– Пока не знаю, как поступить. Моим первым намерением было полностью расплатиться за колонию, а потом рассматривать Землю как рядового покупателя… Но тогда США получит львиную долю кабеля, и это может вызвать возмущение большинства членов ООН. Проклятые расстояния – мы узнаем все новости с Земли с разрывом в шесть недель! Если разразится война, мы узнаем о ней только тогда, когда она уже закончится. – Он бросил взгляд на экран компьютера. – Вот что, давай-ка внесем в список покупок парочку курьерских кораблей. Раз ООН имеет возможность сократить время перелета, нам это тоже пригодится…
– Слушаюсь, сэр. – Она замешкалась. – Полковник, перед тем как прийти сюда, я разговаривала с Крисом Пересом. Он тоже говорил о продаже кабеля прядильщиков.
– Вот как? А я-то думал, что его возвышенной душе чужды корыстные соображения.
Она вспыхнула.
– Его заботит отнюдь не выгода – он мечтает о том, чтобы Астра стала прибежищем для нищих землян. Он думает, что Космическая Прялка сможет накормить всех голодных.
– Вот это на него похоже, – проворчал Мередит. – Перес – неисправимый идеалист.
– Возможно. – Она не сдавалась. – Впрочем, вы предлагаете пойти тем же путем… и этот путь внушает мне сильное беспокойство. Скажите на милость, что мы будем делать, когда на нас снизойдет всеобщее благополучие? Мне противно думать о будущем, когда я представляю, как мы будем сидеть сложа руки, пока Прялка оплачивает все наши счета.
Мередит почесал в затылке.
– А я сомневаюсь в столь радужной перспективе. Пусть кабель дьявольски прочен, но кому понадобятся огромные количества этих космических макарон? Зачем они нужны?
– Не знаю. Но это знали прядильщики.
– Они-то знали. – Мередит задумался. Металл весом с целую планету… миллиарды тонн металла… и вся эта махина превращена в кабель диаметром в шесть сантиметров? Зачем? – Знаешь, что? Возвращайся-ка лучше в свой кабинет и займись подготовительной работой, – сказал он, инстинктивно отгоняя от себя то, что было всего лишь тенью догадки.
– Мне хотелось бы, чтобы мы встретились с представителями народа Бики завтра же утром.
Она кивнула и встала.
– Я успею подготовиться.
– Вот и отлично. Я поговорю с рушрайками и сообщу тебе точное время встречи.
После того как она ушла, он какое-то время невидящим взглядом смотрел в пустоту. Выходит, они с Пересом двигались в одном направлении? Не очень-то приятное совпадение, ничего не скажешь. Но если подойти к этому с умом, у него, пожалуй, получится обуздать речистого мексиканца. Сейчас любая передышка может оказаться спасительной… Здесь – Перес, на Земле – ООН, в небесах – скопление кораблей пришельцев… противников много, а Мередит один-одинешенек.
Кстати о противниках… Подсев поближе к терминалу, полковник открыл рабочий файл и начал набирать текст:
«НАЙТИ ВСЮ ИМЕЮЩУЮСЯ В НАЛИЧИИ ЛИТЕРАТУРУ ИНОПЛАНЕТЯН, ВКЛЮЧАЯ ИСТОРИЧЕСКИЕ ТРУДЫ, ЛЕГЕНДЫ И МИФЫ, КАСАЮЩИЕСЯ ДРУГИХ ЦИВИЛИЗАЦИЙ, БОГОПОДОБНЫХ СУЩЕСТВ И Т. П. ОБРАТИТЬ ОСОБОЕ ВНИМАНИЕ НА ЛИТЕРАТУРУ РУШ-РАЙКОВ И ПОМОВ. ТРЕБУЕТСЯ ДОСКОНАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ. ЕСЛИ ВОЗМОЖНО, С УЧЕТОМ ВСЕХ СХОДСТВ И РАЗЛИЧИЙ».
«Узнай врагов своих» – гласит древняя мудрость. Если прядильщики оставили о себе хоть какую-то память, Мередит до нее докопается.
ГЛАВА 16
Отчет был краток и невразумителен. Хмыкнув, Генеральный секретарь Салех бросил на стол последний листок.
– Похоже, – язвительно проговорил он, – вы не имеете ни малейшего представления, о чем они совещаются с рушрайками.
Ашур Мзия покачал головой. Судя по кислому выражению лица, настроение у него было не менее отвратительным, чем у Салеха, но в разговоре с начальством нельзя давать себе волю.
– Ничего конкретного. Но никаких призывов к укреплению обороны не было. Никакой суеты, все тихо. Может быть, они вырабатывают торговое соглашение. Хотя вполне вероятно, что грузы, спущенные на Астру рушрайками, – всего лишь компенсация за кабель, который они получили после атаки мзархов.
Салех фыркнул:
– Торговое соглашение? Ну что ж, отлично. Значит, Аллертон уже начал исподтишка искать собственные каналы для выхода на межпланетные рынки.
– Или это дело рук Мередита, – предположил Мзия, качая головой. – Ума не приложу, на чьей он сейчас стороне.
– Тут не о чем гадать. Он американский солдат на американской территории. Все эти недоразумения всего лишь ширма.
– Возможно. Как бы то ни было, лучшего времени для вмешательства ООН не найти: мы должны немедленно заявить о своих правах на Астру.
– Окружив колонию экономической блокадой, да?
Мзия кивнул.
– Какого бы соглашения Мередит – или Аллертон – ни добился, рушрайки не смогут без нашего ведома вывозить продовольствие с Земли.
– У американцев есть собственные звездолеты…
– Которые летают по маршрутам ктенкри и для связи с Землей пользуются шаттлами ктенкри. В любое время мы можем отказать им в поставках запчастей и баков с топливом. Чтобы привести в рабочее состояние свой старый космический флот, им потребуется не один месяц.
Салех задумался. Он не был в восторге от этой идеи, когда Мзия высказал ее впервые, да и сейчас он не видел в ней ничего хорошего. Правда, он сам немало потрудился для того, чтобы аккуратно затянуть петлю на шее колонии, но вряд ли дело зайдет так далеко. Американцы ни за что не допустят, чтобы их люди голодали, так что им так и так придется пойти на попятную.