— Ну что, возвращаемся в домой, да? — наконец говорит Миша. Я почти слышу, как этот ублюдок ухмыляется.
Хмыкаю, глядя в окно.
— Да, я в неописуемом восторге.
— Это традиция, босс, — вклинивается Ари, словно цитируя какую-то древнюю библию Братвы. — Пахан обмочится от радости.
Я насмехаюсь над этим: — К черту традиции. Он просто пытается засунуть меня в тиски.
Миша негромко хихикает, думая, что все понял.
— Дело в имидже, босс. Показывает, что мы солидные.
Наблюдаю за ним сзади, его пальцы танцуют над лезвием, с которым он возится, — явный признак того, что он обдумывает что-то серьезное.
— Ты уверен, босс? — он спрашивает ни о Васильеве, ни об ужине. Это касается ее — Лауры.
Все меня достали своим отношением к ней, как будто я должен им что-то объяснить.
— Она не просто девушка, — наконец говорю я. — Она — долг, который выплачивается.
— Хорошо, босс.
Я бросаю на него взгляд.
— Осторожнее. Брат.
Он ухмыляется, не обращая внимания.
— Ты был увлечен ею с того самого дня, как мы ее выследили.
Я бросаю на него предупреждающий взгляд. Миша был со мной в окопах в течение десяти лет, он единственный, кому я действительно доверяю, но он все еще мой младший босс. Он не боится никого, даже Пахана. Честность — его конек, и обычно она приветствуется — только не сейчас.
— Слушай, как я уже сказал, она практична.
Миша смотрит на меня, подмигивая.
— Точно. Очень практична. Скажи, а тащить ее в свой номер тоже было практично?
Мой взгляд мог бы заморозить весь ад, но у Миши хватит смелости встретить его. Он знает, что может. Он видел самые темные уголки нашего мира, обязан жизнью моему старику. Но его преданность не дает ему права на свободу.
Выгибаю бровь.
— Ты теперь шпионишь за мной?
— Просто проверяю, не поскользнулся ли ты. С такой девушкой никогда не знаешь. Она может перевернуть твой мир с ног на голову.
Провожу рукой по волосам.
— Меня бесит то, что ты сомневаешься в моем выборе.
Он фыркает.
— Просто присматриваю за твоей спиной, — ухмылка Миши переходит в нечто более серьезное, когда он возвращает свое внимание на дорогу. — Твоя безопасность превыше всего.
Я всегда доверял Мише. С тех пор как мы были детьми — я пяти лет, а он семи, — когда мой отец познакомил нас и дал нам игрушечные пистолеты, чтобы мы играли с ними. Мы бегали по улицам, представляя себя героями «Джонни Квеста», думая, что попали в большое приключение, сражаемся с плохими парнями и спасаем положение.
Те дни давно прошли, но связь, которую мы создали, не ослабевает. Теперь имеем дело с реальными опасностями, а не просто с выдуманными. Но между нами как будто ничего не изменилось. Миша по-прежнему прикрывает меня, как и тогда, когда мы стреляли в воображаемых злодеев на заднем дворе. Мы против всего мира, как это было всегда.
Машина движется ровнее, звуки города доносятся как далекое эхо. Я не могу не думать о Лауре, о том, что втягивать ее в эту историю — авантюра.
— Я не хочу связывать себя узами брака. Лаура здесь всего лишь на год, обычная деловая сделка, не более того, — начинаю оправдывать свои действия, сомневаясь, почему вообще чувствую в этом необходимость.
Миша фыркает: — Конечно.
Я уже собираюсь ответить, когда он меняет тему.
— Кстати говоря, у меня есть новости об этом куске дерьма, Дэйве Янковски.
Наклоняюсь вперед, интерес разгорается.
— Где этот ублюдок? — Я хрустнул костяшками пальцев.
Миша поворачивается с переднего сиденья, немного наклоняясь, чтобы я четко уловил каждое слово.
— Эта крыса вернулась и бродит по Нью-Йорку, — говорит он. — И знаешь что? Он затаился в квартире Лауры.
Я нахмурил брови.
— Какого черта ему теперь нужно?
Миша пожимает плечами, его взгляд жесткий.
— Мы пока не уверены, босс. Похоже, у него есть еще грязные секреты.
Мысль о том, что он рядом с Лаурой, вызывает во мне бурю, сырую и яростную.
— Если этот ублюдок хотя бы дыхнет в ее сторону, я хочу, чтобы он оказался на шесть футов ниже. Ясно?
Глава 25
Виктор
Глава 26
Виктор
— Мы приехали, босс, — объявляет Ари, останавливая G-Class перед главным домом. Мои глаза распахиваются, улавливая зеленый свет за окном. Похоже, я, сам того не желая, поймал несколько минут сна.
Хмыкаю в ответ, проверяя часы.
Как раз вовремя.
— Удачи, босс, — поддразнивает Миша с переднего сиденья, поворачиваясь, чтобы бросить мне ухмылку.
Я отвожу взгляд.
— Закрой свой рот, Миша. Проследи, чтобы через двадцать четыре часа все было готово. Эти Васильевы без боя наш груз не отдадут.
— Не парься. Мы определили их местоположение. Просто уточняем цифры.
Киваю, и в моем нутре нарастает беспокойство. Свадьба через два дня, и я ни за что не позволю Васильевым связываться с Морозовыми — не на моей свадьбе.
Выйдя из внедорожника, вижу перед собой особняк — крепость, наполненную воспоминаниями, как хорошими, так и плохими. Когда охранники открывают двери, не могу не ощутить тяжесть предстоящего.
Вся семья в доме, включая Лауру, мою будущую жену.
Черт, почему от этой мысли у меня все внутри переворачивается?
Расправив пиджак, направляюсь в дом.
Когда вы входите в столовую, великолепие поместья Морозовых демонстрируется во всей красе. Длинный стол уставлен тонким фарфором и хрусталем, люстры отбрасывают на все мягкое сияние. Мой отец сидит во главе стола, выражение его лица расслабленное и странно веселое.
— Наверное, из-за лекарств, — бормочу ухмыляясь.
Я годами не сидел за семейным столом, всегда нахожу предлог, что бы пропустить ужин. Но не сегодня.
— Извините за задержку, — бормочу, скорее из формальности, чем с сожалением.
Ксения ухмыляется: — Как всегда, у тебя мода опаздывать, Виктор.
Я игнорирую ее насмешки и опускаюсь на свое место рядом с нашим отцом.
Положив руки на большой, потертый временем обеденный стол, за которым собиралось не одно поколение нашей семьи, к нему незаметно подходит официант и с отработанной элегантностью наливает в мой бокал темно-красное вино.
Делая глоток, мой взгляд перескакивает на Дмитрия, моего зятя, и останавливается на Юрии, моем племяннике. Юрий теперь другой. Когда я видел его в последний раз, он был еще ребенком. Сейчас он высокий, выглядит так, будто занимается спортом, и что-то в нем такое… что-то не так. Он ни на кого не смотрит, просто потерян в своем собственном мире.
Вокруг стола кузены и их жены, которых уже почти не узнаю, бросают на меня настороженные взгляды. Уважение смешивается с легким страхом, словно они не уверены, собираюсь ли я поднять тост за семью или начать драку.
Опустившись за стол, доктор Петров ловит мой взгляд, и мы обмениваемся короткими кивками — негласное приветствие между нами.
Он здесь по одной причине: присматривает за Паханом, нашим упрямым патриархом.
Обвожу глазами комнату, выискивая Лауру среди лиц.
Где она?
Мое внимание привлекли массивные деревянные двери в другом конце комнаты, ожидающие, когда кто-то войдет в них.
Я заставляю себя отвести взгляд, озадаченный собственными действиями.
Какого черта я вообще ее ищу?
Делаю глоток вина, пытаясь заглушить раздражение. Со стороны кухни доносятся шаги, вселяя кратковременную надежду.
Блядь. Это просто официант с закусками.
Возьми себя в руки, — беззвучно ругаю себя, возвращая взгляд к столу.
— Все идет по плану? — спрашивает меня отец ровным голосом, но в глазах читается слабость.
Ксения вклинивается прежде, чем успеваю заговорить.
— Свадьба назначена на субботу. Все заказано, от церкви до зала для приема гостей… — делает паузу, ее голос понижается, чтобы убедиться, что я во всеоружии, и она собирается бросить бомбу. — Приглашения разосланы семьям, и… — осекается, ее глаза встречаются с моими, в уголках губ играет ухмылка. — Петровы и Смирновы недовольны, — продолжает она, ее ухмылка становится резкой. — Похоже, на этот раз ни одна из их дочерей не прошла отбор, — в ее тоне слышится горькое удовлетворение — явный намек на то, что я выбрал Лауру, а не их высокородное потомство.