Я посмотрела на него. На его уверенное, гладкое лицо. На его руку на моем колене.
И впервые за все годы я не съежилась внутри. Я положила свою руку поверх его. Он удивленно взглянул на меня, но затем одобрительно улыбнулся — решил, что я наконец-то вхожу в роль.
Он не видел, что в моей улыбке теперь была не покорность, а вызов. Он не чувствовал, что мое прикосновение — не ласка, а измерение силы захвата.
Он все еще думал, что держит меня на цепи. Он не знал,что я уже перекусила ее.
Глава 9
Возвращение домой после ужина было похоже на въезд в склеп. Роскошная квартира, залитая мягким светом, встретила меня гробовой тишиной. Виктор скинул пиджак на кресло, потянулся и удовлетворенно крякнул.
«Ну что, прошло неплохо. Петровы были в восторге от тебя, — он бросил на меня оценивающий взгляд. — И колье тебя красит. Носи его чаще.»
Он говорил о колье, как о новом ошейнике для собаки. Я молча сняла тяжелые бриллианты, и холод камней обжег ладонь.
«Я устала, Виктор. Я приму душ и лягу.»
«Подожди,— его голос остановил меня у спальни. — Ко мне завтра приедет Максим. По делу. Будь добра, устрой нам ланч. Что-нибудь легкое.»
Ледяная игла воткнулась мне под сердце. Максим. Его сын, который, возможно, всё знает.
«Хорошо, — я не обернулась, боясь, что он увидит панику на моем лице. — Устрою.»
Я заперлась в ванной, включила воду и, наконец, позволила себе задрожать. Максим. Завтра. Здесь. Что он скажет? Намекнет? Шантажирует? Я обхватила себя руками, но дрожь не проходила. Компромат Никиты был мощным оружием, но далеким. А Максим был здесь и сейчас. И его взгляд, полный циничной насмешки, видел меня насквозь.
Утром я снова надела черное платье с высоким воротником. Доспехи. Костюм для битвы, которая должна была произойти за моим же столом.
Максим прибыл ровно в полдень. Он вошел с развязной ухмылкой, похлопал отца по плечу и бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд.
«Алина,ты сияешь, как всегда. Не иначе как брак тебе на пользу.»
В его словах сквозила ядовитая насмешка. Я выдавила из себя улыбку.
«Спасибо, Максим. Проходите, стол готов.»
Ланч проходил в невыносимом напряжении. Виктор говорил о бизнесе, о новых контрактах. Максим кивал, вставлял колкие комментарии и постоянно смотрел на меня. Его взгляд скользил по моей шее, будто пытаясь разглядеть следы под тональным кремом.
Когда горничная унесла кофе, Виктору позвонили из офиса. Он извинился и вышел, оставив нас одних за столом.
Тишина повисла густая и тягучая, как сироп. Максим откинулся на спинку стула и достал сигарету.
«Не возражаешь?»
«В этом доме не курят»,— сказала я автоматически.
«А в твоей машине? Там курят?» — он прикурил, не сводя с меня глаз. Дымок потянулся в мою сторону.
Сердце упало и замерло.
«Что ты хочешь сказать,Максим?»
Он усмехнулся, медленно выдохнув дым.
«Расслабься, мамочка. Я не собираюсь портить папину идиллию. Мне просто… интересно. Интересно, на что способна тихая, скромная Алина, когда папы нет дома.»
Он встал и обошел стол, остановившись прямо за моим стулом. Его руки легли на мои плечи. Я замерла, каждый мускул напрягся до боли.
«Я видел тебя в тот вечер. У подъезда. Ты возвращалась вся растрепанная. С таким лицом… будто тебя хорошенько отымели. Или ты сама кого-то.»
Его пальцы сжали мои плечи. Голос стал тише, опаснее.
«Мне интересно,что дороже — твое место под солнцем рядом с папой или… острые ощущения с каким-то грязным художником?»
Я резко встала, скинув его руки.
«Ты не знаешь,о чем говоришь!»
«О,я знаю, — его глаза блеснули. — Я знаю многое. И о твоих похождениях. И о том, что папа не любит, когда его вещи пачкают.»
Он сделал шаг ко мне. Я отступила, наткнувшись на стол.
«Молчи,Максим. Тебе же будет хуже.»
«Мне?— он рассмеялся. — Милая, я его сын. Кровь и плоть. А ты… ты просто временное развлечение. Как только он узнает, что ты шлюха, он вышвырнет тебя к чертям. Без гроша. Без всего.»
Он был прав. Ужасно прав. Но я вспомнила папку Никиты. Его слова: «У тебя есть клыки».
Я выпрямилась, глядя ему прямо в глаза.
«Прекрати, Максим. Прямо сейчас. Или я расскажу твоему отцу, куда уходят деньги из его же фонда. Про твои личные «проекты». Про ту девчонку из модельного агентства, которую ты содержал на его деньги.»