«Да, — прошептала я, и это была правда.»
«Что именно?»
«Тебя.»
Он вошел в меня резко, без предупреждения, прижав меня к капоту. Холод металла проникал сквозь тонкую ткань платья. Я вскрикнула, но не закрыла глаза. Я смотрела на него. На его сжатые челюсти. На капли пота на висках.
Он двигался жестко, почти яростно, будто пытался не просто взять меня, а выжечь из меня весь страх, всю неуверенность. Каждый толчок был уроком. Каждый стон — сдавленным криком моей старой жизни.
«Чья ты?» — прошипел он мне в губы.
«Твоя…»— это был не стон, клятва.
«Запомни это.»
Он кончил быстро, с низким стоном, впившись пальцами в мои бедра. Мы стояли так несколько минут, тяжело дыша. Потом он отошел, привел себя в порядок. Его лицо было спокойным.
«Теперь ты готова.»
Он отвез меня обратно к тому же переулку. Перед тем как я вышла, он взял меня за подбородок.
«Завтра будет трудный день.У Виктора собрание совета директоров. Ирина готовит ему сюрприз. Будь настороже.»
«Что за сюрприз?»
«Узнаешь. Просто не дай себя сломать.»
Я вернулась домой тем же тайным путем. В спальне Виктор уже спал. Я прошла в свою гардеробную, включила свет и посмотрела на себя в зеркало.
Мое отражение было другим. Глаза горели. На шее красовался новый свежий синяк. Я провела пальцами по нему и улыбнулась.
Он был прав. Я была готова.
Утром я надела платье с открытой шеей. Я не стала скрывать синяк. Пусть видят. Пусть знают.
Виктор заметил это за завтраком. Его взгляд задержался на синяке, лицо потемнело.
«Что это?»
«Просто страсть,дорогой, — я сладко улыбнулась ему. — Ты же знаешь, как я люблю наши ночи.»
Он смотрел на меня с немым вопросом, но промолчал. Сомнения грызли его изнутри, но он не мог признаться даже себе, что его собственная жена способна на измену.
Ровно в десять прибыла Ирина. Она была безупречна, как всегда, в строгом костюме и с идеальной прической. Но в ее глазах я увидела нечто новое — холодную, хищную уверенность.
«Виктор Викторович, все готово к совещанию. Документы по слиянию подписаны. Но есть один момент, который требует вашего немедленного внимания.»
Она положила перед ним на стол еще одну папку. Не толстую, но словно излучающую опасность.
Виктор открыл ее. Я видела, как его лицо постепенно теряет краску. Его пальцы сжали край стола так, что костяшки побелели.
«Что… что это значит, Ирина?» — его голос прозвучал хрипло.
«Это значит, что у нас есть внутренняя утечка, — ее голос был ледяным. — Кто-то передает конфиденциальную информацию на сторону. И я почти уверена, кто это.»
Ее взгляд медленно, почти невесомо, скользнул по мне.
Игра началась.
Глава 11
Ледяная тишина повисла в столовой. Даже воздух казался густым и неподвижным, наполненным невысказанными обвинениями. Виктор медленно поднял голову от папки. Его лицо было бледным, глаза сузились до щелочек.
«Что это значит, Ирина?» — его голос прозвучал тихо, но в нем слышалась сталь. Он был опасен в таком состоянии. Очень опасен.
Ирина сохраняла ледяное спокойствие. Ее маникюрированный палец лег на один из документов. «Это означает,что детали нашей последней сделки с «Северсталью» стали известны конкурентам до официального объявления. Кто-то внутри слил информацию. Финансовые убытки исчисляются десятками миллионов.»
Ее взгляд снова, на долю секунды, скользнул в мою сторону. Этого было достаточно.
Виктор резко повернулся ко мне. Его глаза были буранами, готовыми смести все на своем пути.
«Алина. Ты что-нибудь знаешь об этом?»
Вопрос прозвучал как удар хлыстом. Я почувствовала, как кровь отливает от лица, но заставила себя улыбнуться — сладко, наивно.
«Дорогой,я едва понимаю, о чем вы говорите. Мои главные заботы — это меню ужина и выбор новых штор. Твои дела… это слишком скучно и сложно для меня.»
Я сделала глоток апельсинового сока, надеясь, что рука не дрогнет. Я играла роль, которую он сам для меня назначил — глупой, недалекой красотки.
Он изучал мое лицо, ища трещины в маске. Я выдержала его взгляд, вспоминая урок Никиты. Никогда не показывай страха.
«Ирина, — Виктор перевел взгляд на помощницу, — кто еще имел доступ к этим документам?»
«Помимо вас и меня, доступ был у Максима Викторовича и… — она сделала искусственную паузу, — у внешних IT-специалистов, которые настраивали систему шифрования. Но их доступ был разовым и под контролем.»