«Я не знаю,о чём вы.»
«О счёте номер 4832-7133-0008-5266, — я сделала шаг вперёд. — На имя Ирины Волковой. Или вам нужны ещё детали?»
Она замерла. Её холодная маска дала трещину. В глазах промелькнула паника, быстро подавленная яростью.
«Где вы взяли эту информацию?»
«Это не важно. Важно то, что будет, если она попадёт к Виктору. Он ведь не любит, когда его обкрадывают. Даже самые… верные сотрудники.»
Она молчала несколько секунд, оценивая меня с ног до головы.
«Что вы хотите?»
«Уединиться. Сейчас. У меня есть машина.»
Она кивнула, её лицо снова стало непроницаемым. «Ведите.»
Мы вышли к заранее арендованной Никитой машине. Я села за руль, она — на пассажирское сиденье. Мы молчали, пока я выезжала с парковки.
«Куда мы едем?» — наконец, спросила она.
«В безопасное место.Поговорить.»
Я повела машину в промзону, к заброшенному складу, который Никита выбрал для встречи. По дороге я чувствовала её взгляд на себе — холодный, изучающий.
Я заглушила двигатель перед старым кирпичным зданием. Вокруг ни души.
«Ну что ж, — Ирина повернулась ко мне. — Вы добились моего внимания. Говорите, чего вы хотите? Денег?»
«Нет, — я вынула из сумки конверт и положила его на торпеду. — Я хочу правду. Всю правду. О схемах Виктора. И… — я сделала глубокий вдох, — о моём сыне.»
Она посмотрела на конверт, потом на меня. И вдруг… её губы тронула лёгкая, почти невесомая улыбка.
«Ваш сын…жив. И здоров.»
Мир перевернулся. Сердце заколотилось, выскакивая из груди.
«Где он?»
«В безопасности. Под защитой. За большие деньги, разумеется, — её голос стал мягким, почти сочувствующим. — Виктор не мог позволить себе наследника от… как бы это сказать… непроверенной женщины. Он заплатил, чтобы его скрыли. Воспитывают в хорошей семье за границей. Швейцария.»
Слёзы хлынули из моих глаз. Я не пыталась их сдержать. Он был жив. Все эти годы…
«Я хочу его видеть. Я хочу его назад.»
«Это…сложно, — она покачала головой. — Документы подделаны. Приёмные родине верят, что он сирота. Но… — она посмотрела на конверт, — всё имеет свою цену.»
Я поняла. Она предлагала сделку. Молчание в обмен на моего сына.
«И Виктор?» — спросила я, вытирая слёзы.
«Виктор устал, Алина Сергеевна. Он совершил много ошибок. Думаю, ему пора на покой. Максим… вполне способен возглавить бизнес. С хорошим советником, конечно.»
Она смотрела на меня, и в её глазах читался ясный, чёткий расчёт. Она меняла хозяина. С Виктора на Максима. И убирала меня с дороги, отправляя за границу с ребёнком. Идеально чисто.
В этот момент в окно постучали. Никита. Его лицо было напряжённым. Он видел, что я плачу.
Ирина вздрогнула, увидев его.
«Воронов?Он тоже в деле? Интересно.»
Я открыла дверь. Никита заглянул внутрь.
«Всё в порядке?»
Прежде чем я успела ответить, Ирина сказала, обращаясь к нему:
«Поздравляю, Воронов. Вы получаете всё, что хотели. Она — ваша. И свобода — тоже. При условии, конечно, что эта информация, — она кивнула на конверт, — исчезнет навсегда.»
Никита посмотрел на меня, потом на неё. «А что с Виктором?»
«С Виктором Викторовичем я разберусь сама, — её голос стал ледяным. — У меня есть на него достаточно компромата, чтобы он тихо и мирно ушёл на покой. Без скандалов. Всем будет лучше.»
Казалось, это был идеальный выход. Бескровный. Мы получали свободу. Я — сына.
Но что-то было не так. Что-то в её ухмылке. В её слишком лёгкой победе.
Я посмотрела на Никиту. Его глаза были полны тревоги. Он тоже чувствовал подвох.
Ирина открыла сумочку, достала пачку сигарет. Её движения были спокойными, слишком спокойными. «Я позвоню своим людям в Швейцарии.Договорюсь о встрече с вашим сыном. В течение недели. Но сначала… конверт.»
Она протянула руку.
Я медленно подняла конверт. И в этот момент увидела её взгляд. Быстрый, скользящий взгляд на часы. Нетерпеливый. Триумфальный.
Она ждала чего-то. Или кого-то.
И тут до меня дошло. Она тянет время.
Я резко отдернула руку с конвертом.
«Нет.Сначала сын. Потом конверт.»
Её лицо исказилось от злости.
«Вы не в позиции торговаться!»
В этот момент снаружи донесся звук подъезжающих машин. Много машин. Тормоза взвизгнули.
Никита метнулся к окну и тут же отпрянул.
«Копы!И… это машины Виктора!»
Я посмотрела на Ирину. Она улыбалась теперь открыто, злорадно.
«Я вызвала их по дороге.Анонимный звонок о похищении и вымогательстве. С вашими голосами на записи. Прощайте, господа.»