– Пойдем к ним? – произнес я. – Поздравления уже все сказали. Впереди еще целый день, не будем убивать время скучной посиделкой на месте.
Анархия взглянула на мою протяную руку и на удивление вложила в нее свою. Я бы не признался ей в этом, но мне нравилсь касаться ее. Было в этом что-то одновременно опасное и притягательное.
Мы пошли сквозь ряды столов, под прицелом взглядов. Для окружающих мы были идеальной картинкой. Этого добивались наши отцы, этого добились мы сами.
У столика моих братьев и сестер атмосфера была куда менее натянутой. Эррас уже вовсю заливал в себя двенадцатилетний виски, Тония рядом с ним, «дипломат» нашей семьи в министерстве юстиции, что-то вкрадчиво шептала на ухо Ригасу. Она была дочерью кузена моего отца – нашей троюродной сестрой. Слева от нее устроился ее родной брат, Эмилий. Инес плела косу Дафне, сидевшей у нее на коленях – маленькой дочери кузины дяди Паисия.
– О, посмотрите-ка, наш влюбленный Ромео наконец-то решил спуститься к простым смертным, – усмехнулся Эмилий, отодвигая для нас стулья. Его глаза на мгновение задержались на Анархии. – Присаживайтесь.
Анархия села, не отпуская моей руки еще пару секунд – то ли по инерции, то ли создавая видимость союза для лишних глаз. Я сел рядом.
– Какие планы на сегодняшнюю ночь? – ехидно поинтересовалась Тония, вызвав у Инес короткий смешок.
Почему, блин, все стремились залезть к нам в постель? Даже меня это уже начинало напрягать.
В нашей семье приватность была мифом. Каждый знал, кто с кем спит, кто кому должен и у кого в каком банке Швейцарии припрятан «черный» счет. Стены наших особняков имели уши, а за нашими спальнями следили пристальнее, чем за котировками акций на бирже.
– Будем считать деньги, – ответил я.
– Не будь таким занудой, – отмахнулась Тония, вертя в пальцах тонкую ножку бокала. – Знаете, весь Триумвират только и шепчется о том, станет ли Анархия новой королевой нашего милого бизнеса или…
– Или освежевает меня во сне? – закончил я за нее.
– Перестань демонизировать свою жену, Деймо, – произнес Ригас. – И не надо задавать таких провокационных вопросов, Тония. – Он кивнул в сторону Дафны. – По крайней мере, пока за столом дети.
– Эй. – Та надула губки, скрестив руки на груди. – Я уже достаточно взрослая, чтобы участвовать в вашей беседе!
Инес ткнула в ее кончик носа:
– Не-а… Я закончила с твоей прической. Беги к маме, пока она не подняла на уши весь дом в поисках тебя.
Дафна, хоть и недовольно, но все же послушалась и исчезла из виду. Инес выпрямилась и посмотрела на меня, вглядываясь в мое лицо, особенно на цвет губ. Я демонстративно закатил глаза, чтобы она перестала делать это. Хотя бы не на глазах у всех.
18.
Анархия
Я незаметно для остальных за столом бросала взгляд на людей, что охраняли дом. И хоть мы с Ригасом и Эррасом полностью продумали все и позаботились о безопасности, все же нехорошее предчувствие не хотело оставлять меня ни на секунду.
– Как вы познакомились? – неожиданно спросила девушка с короткими темными волосами, сидевшая за столом. Ригас назвал ее Тонией.
Я напряглась. До этой самой секунды мне и задумываться не приходилось о том, что стоит придумать «трогательную историю нашей любви» заранее, если вдруг будут такие вопросы. Я уже успела запутаться, кто знает о том, что это брак по расчету, а кто нет. Судя по всему, в курсе была только родная семья Деймоса.
Тишина не продлилась дольше и трех секунд, когда он перехватил инициативу прежде, чем я успела бы ляпнуть правду.
– О, это была классическая история. – Деймос вдруг тепло улыбнулся, и в его глазах появилось выражение такой искренней нежности, что я на мгновение сама почти поверила в эту ложь. Он мягко накрыл мою ладонь своей. – Мы познакомились на благотворительной выставке в Милане прошлым мартом. На той, что устраивали в поддержку детских госпиталей.
Он повернулся ко мне, и в этот момент в его взгляде мелькнула опасная искра, которую Тония наверняка приняла за страсть.
Я замерла, быстро соображая.
Милан. Март. Выставка. Я действительно там была, и он тоже, но мы даже не пересеклись – я тогда была слишком занята слежкой за представителем конкурирующего синдиката, с которым беседовал мой отец, а Деймос скучал. Это было в первый раз, когда я видела его в живую после многочисленных историй о его выходках.