Лицо Деймоса окаменело, сбросив последние остатки шутовства.
Я судорожно вздохнула, и тупая пульсация в распоротом животе тут же напомнила о себе, заставив меня поморщиться.
– Он сказал, что враг не ответит взаимностью на мое милосердие. Что моя секундная слабость убьет меня вернее, чем чужая пуля. И чтобы я вбила это себе в голову…
– Он законченный псих, Хаос… Мне кажется, тебе просто повезло, что Ригас в тот день проследил за тобой, заподозрив неладное.
Ах, вот оно что. Вот, откуда он взялся.
Значит, обхитрить Ригаса Аргира мне не удалось.
Деймос резко, как-то дергано поднялся с кресла и прошелся по комнате, засунув руки глубоко в карманы помятых брюк.
– Знаешь, – бросил он, останавливаясь у окна и глядя на далекий город снаружи. – В следующий раз, когда решишь ехать разбираться со своими опасными друзьями, позови хотя бы одного из нас. Ты теперь член нашей семьи, а мы все заботимся друг о друге.
– Я всегда решаю свои проблемы сама.
– О да, и твоя самостоятельность чуть не убила тебя… Мы и не ждали официального приглашения, Хаос. – Он отлепился от подоконника и медленно подошел к изножью моей кровати. – Ты, кажется, не поняла одной простой вещи. Когда нам надели кольца на пальцы, ты перестала быть одиночкой. Нравится тебе это или нет, но твои проблемы стали нашими проблемами.
Я сглотнула, чувствуя себя странно крошечной под его тяжелым взглядом.
– Деймос, это наши с ним внутренние дела…
– Не-а. И не спорь. Твой дружок забыл, с кем ты теперь делишь фамилию. Моя семья не прощает долгов. И если он считает, что может безнаказанно резать мою жену в воспитательных целях… он очень скоро узнает, как с такими поступает Ригас.
Мое сердце снова забилось быстрее.
– Он – отец твоего будущего племянника, – возразила я. – Инес не простит тебе этого.
– Найдем другого! Она еще встретит кого-то нормального, полюбит и выйдет за него замуж! А ее ребенка окружат любовью и заботой и без участия этого говнюка!
Я покачала головой:
– Инес тебя возненавидит.
– Пусть. Но зато она будет в безопасности.
– Нет, Деймос, ты ошибаешься. Нужно придумать другой выход… Димитрис делает это все не ради себя. Для него нет никакой выгоды в том, чтобы проворачивать все это. Он работает на кого-то. И мы должны выяснить, на кого именно.
Деймос цокнул.
– До чего же ты упрямая! Ладно! Мы выясним. Но не сейчас. Сперва ты должна отдохнуть. Пожалуйста.
– Я три дня в постели.
– Но это не отдых. Все эти три дня ты боролась за свою жизнь, ясно? А вот теперь отдыхай. А я пойду выяснить, что задумал делать Ригас.
– Отговори его от поспешных действий. Не трогайте Димитриса, пока я не приду в себя.
Я заметила, как он сильно сжал челюсть, потому что был категорически со мной не согласен.
– Ладно! – бросил он раздраженно. – Договорились. Только отдыхай.
И после этих слов вышел из комнаты, оставив меня одну с пищанием аппаратов и собственными мыслями.
* * *
– Вы пролежали в коме трое суток, – произнес доктор Сидерис, делая пометки в блокноте. – Если мы не поставим вас на ноги сегодня же, к вашей распоротой брюшной полости добавится букет смертельных осложнений. Вам нужно встать. Хотя бы просто постоять возле кровати.
Я молча сверлила взглядом стену. Деймос, сидевший в кресле у окна, отложил телефон.
– Слышала доктора, Хаос? – тихо спросил он. – Подъем.
Я сглотнула. Легко сказать. Мое тело ощущалось чужим, тяжелым, словно налитым свинцом. Но выбора не было.
Я глубоко вдохнула, и острая боль немедленно прошила живот насквозь. Деймос молча подошел к кровати и нажал кнопку на пульте. Изголовье с тихим гудением поползло вверх, приводя меня в полусидячее положение. Уже на этом этапе комната перед глазами качнулась.
– Давай, – скомандовал он.
Я намертво прижала правую руку к животу, пряча кисть в складках сорочки, и вся нагрузка легла на левую. Я вцепилась ею за край кровати и, стиснув зубы до скрежета, начала медленно сдвигать ноги к краю матраса. Каждое миллиметровое движение отдавалось в животе так, словно меня снова резали тупым ножом. Из горла вырвался сдавленный, жалкий хрип.
Когда мои босые ступни наконец коснулись холодного линолеума, гравитация ударила по мне кувалдой. Кровь резко отхлынула от головы. В ушах оглушительно зазвенело, а зрение сузилось до темного туннеля. На лбу мгновенно выступил ледяной пот.