Я постоял секунду, сжимая кулаки от раздражения.
Стерва. Невыносимая, высокомерная стерва.
И все же именно на ней мне предстоит жениться через пять дней.
Если, конечно, человек, подбросивший обол, не доберется до нас первый.
7.
Анархия
Белое кружево на моей коже выглядело как издевательство.
Тончайший шелк, расшитый вручную жемчугом, должен был превратить меня в символ чистоты и покорности – идеальную невесту для наследника Дома Зевса. Но для меня это платье было просто тактическим доспехом. Слишком тесным, слишком неудобным и чертовски дорогим.
Я стояла на невысоком подиуме, окруженная тремя швеями, которые порхали вокруг меня, словно испуганные птицы, и моментами бросала взгляд на свое отражение в зеркалах, которые меня окружали.
– Ты слишком напряжена, дорогая. Расправь плечи. Поверь, замужество не самая страшная вещь в твоей жизни.
Голос Метаксии Аргир прозвучал довольно мягко, но в нем чувствовалась сталь, привычная для женщин нашего круга. Мать Деймоса сидела в глубоком бархатном кресле, помешивая кофе, и выглядела куда более органично в этом храме роскоши, чем я в этих метрах фатина.
– Со всем уважением к вам, – холодно отозвалась я, – но нигде не было прописано, что я должна улыбаться и радоваться.
Метаксия коротко рассмеялась.
– Твой острый язык, по словам твоего отца, всегда был твоим лучшим украшением, Анархия. Но постарайся не использовать его против Деймоса. Ему нужна поддержка, а не твои язвительные замечания.
Даже его собственная мать видела в нем лишь ребенка, которым можно помыкать.
– Вашему сыну нужна не поддержка, а вправление мозгов. – Я резко повернулась, игнорируя тихий вскрик швеи, которую едва не задела локтем. – Даже представить не могу, как буду его терпеть.
Метаксия медленно отставила чашку на изящный столик и поднялась. Она подошла ко мне, жестом отогнав швею, и сама поправила воротник моего платья.
– Терпение – это добродетель королев, Анархия, – тихо произнесла она, глядя на меня через зеркало. – Тебе кажется, что ты выходишь замуж за балласт, но ты ошибаешься. Деймос – это необработанный алмаз. Да, он шумный, вульгарный и порой невыносимо глупый в своих поступках, но в нем есть то, чего нет у тебя.
Я скептически вскинула бровь.
– И чего же?
– Чего-то, что заставляет людей идти за ним в огонь, даже не спрашивая «зачем», – ответила Метаксия. – Ты – мозг, который будет строить планы, а он – сердце, которое заставит эти планы ожить. Твой отец и мой муж не просто так решили скрепить этот союз. Одиночки в нашем мире долго не живут.
Она отошла на шаг, оценивая мой силуэт. В ее глазах была даже материнская теплота.
– Но это все не спасет от пули в затылок, кирия Аргир, – ответила я, ощущая, как корсет сдавливает ребра. – Сердце является хорошей мишенью для врагов.
Метаксия подошла ближе, и ее ладонь легла на мое плечо. Это было странное прикосновение, но при этом в нем действительно сквозило что-то похожее на заботу. Она медленно поправила тонкую лямку платья, расшитую микроскопическими кристаллами.
– Именно поэтому ему нужна ты. Чтобы эта мишень была защищена броней. А ему нужно будет научиться слушать тебя.
Метаксия повернула меня к зеркалу лицом, заставляя смотреть на нас двоих. На двух женщин, которые скоро станут одной семьей. Одна – воплощение опыта и скрытой власти, другая – холодная ярость, упакованная в белоснежный шелк.
– Ты думаешь, я не видела, как мой муж годами выжигал в себе все человеческое, чтобы удержать трон? Я не хочу такой судьбы для Деймоса. Я хочу, чтобы он оставался собой, но при этом остался жив. Ты – его единственный шанс не превратиться в монстра или в… мертвеца.
Я промолчала. Я не могла сказать ей, что «шанс остаться живым» тает с каждой минутой, пока по городу гуляет кто-то, что решился подбросить нам обол. Не могла признаться, что ее драгоценный сын вчера вел себя как последний идиот, в шутку предлагая мне постель в качестве универсального лекарства от всех проблем.
– Вы слишком многого ждете от этого союза. Мы едва выносим друг друга в одной комнате.
– Ненависть – отличный фундамент для брака в наших кругах. – Метаксия едва заметно улыбнулась. – Она лучше, чем безрассудная влюбленность. Ненависть заставляет быть начеку. А теперь подними подбородок. Швеи должны подколоть подол. Ты должна выглядеть безупречно, когда пойдешь к алтарю.