Когда подруга ушла, Евгений повернулся ко мне. Его фальшивая вежливость осыпалась, как старая штукатурка.
– Ты плохо влияешь на мою дочь, Анархия. Ты приносишь запах смерти в мой дом каждый раз, когда переступаешь порог. Твой брак с Деймосом – это лучшее, что могло случиться. Это удержит тебя подальше от моей дочери.
Я была на голову ниже этого мужчины, но чувствовала себя намного сильнее него.
– Ваш дом стоит на деньгах, которые зарабатывает мой отец, – напомнила я. – И эту работу вы имеете только благодаря нему. Ведь это он вас нашел и нанял. Не забывайте об этом, когда в следующий раз решите поучать меня.
Он ничего не ответил. Я развернулась и пошла к выходу, чувствуя его взгляд, полный ненависти, на своей спине.
Мне это не нравилось. В глубине души поселилось странное чувство. А что, если Евгений Цангари как-то связан с происходящим?
* * *
Я натянула черный тренировочный костюм, собрала волосы в тугой хвост и вышла из своей спальни.
Дом еще спал. В тишине слышалось только пение птиц, доносящееся с улицы, и шум моря. Солнце светило нещадно, как будто намеревалось сжечь город.
Я достала бутылку воды из холодильника, спустилась по лестнице, миновала пустую гостиную и толкнула тяжелую стеклянную дверь, ведущую на задний двор виллы. Едва я переступила порог, как на меня обрушился стрекот цикад. Белоснежный камень террасы уже начал накаляться под прямыми лучами, отражая свет так ярко, что глазам становилось больно. Я прошла мимо лазурной чаши бассейна и направилась к тренировочной площадке, скрытой в тени старых оливковых деревьев.
Моя тренировка началась с бега по периметру сада. Пока ноги привычно вбивались в каменистую почву, я чувствовала, как капли пота начинают стекать по позвоночнику, а легкие наполняются раскаленным кислородом.
Сделав небольшую паузу, я подошла к скамье, где оставила бутылку воды и сделала несколько жадных глотков. Несколько капель упали на мою футболку, впитавшись в черную ткань, которая уже начала липнуть к телу. Я отставила воду и вернулась в центр площадки. Теперь пришло время для более сложной части – работы с собственным весом. Я опустилась на раскаленный камень террасы, чтобы начать серию отжиманий.
Раз, два, три…
В такт движениям в голове всплывали фрагменты всего, что успело произойти за этот короткий промежуток времени. Мысли были самые разные. Начиная от подкинутого обола, заканчивая отцом Элени.
Вскоре я перешла к «бою с тенью», визуализируя перед собой противника. Каждый мой удар был направлен в жизненно важные точки.
– Наблюдать за тем, как ты избиваешь воздух, гораздо интереснее, чем слушать утренние сводки новостей, – раздался знакомый голос, прорезав стрекот цикад.
Я не остановилась. Завершила серию ударов локтем и только потом, тяжело дыша, повернулась.
У края бассейна стоял Деймос. На нем были свободные льняные брюки и очень тонкая рубашка с розоватым оттенком.
Я не удостоила его ответом. Вместо этого сделала еще один глоток из бутылки и тут же вернулась в стойку. Мои мышцы горели, но я намеренно игнорировала его присутствие, превращая каждый выпад в безмолвное «Отвали».
Деймос, ничуть не смущенный моим молчанием, подошел ближе.
– Осторожнее, Хаос, – протянул он, наблюдая за моим высоким ударом ногой. – Если ты будешь так выкладываться по утрам, на нашу брачную ночь у тебя совсем не останется сил. А я, признаться, возлагал на твою выносливость большие надежды. Говорят, такие девушки как ты в постели просто огонь.
Я резко развернулась и нанесла удар в паре сантиметров от его лица.
– Какое грубое приглашение к танцу, – усмехнулся Деймос, оглядывая мою промокшую от пота футболку, которая плотно облегала тело.
Я остановилась, тяжело дыша. Этот рыжий засранец явно прощупывал мои границы.
– Если ты еще раз откроешь рот, чтобы выдать нечто подобное, в следующий раз ударю на сантиметр правее, – холодно ответила я. – Где ты был ночью?
Он театрально приложил руку к сердцу.
– Неужели в тебе проснулась ревность, сладкая?
– Не забывай, что после свадьбы ты будешь принадлежать мне. И я не позволю тебе позорить меня и давать людям поводы для слухов о том, что муж Анархии Палладис ходит по местным проституткам.
– А если это будут не проститутки, а, скажем, например, девушки из приличных семей?