– Снова играть роль влюбленных? – спросил Деймос. – Сегодня утром мне даже понравилось этим заниматься. Так что за меня не волнуйтесь. Все пройдет на высшем уровне.
Я сильнее натянула рукава на запятье, опустила взгляд на свою тарелку и уже хотела взять в руку вилку, как вдруг телефон в кармане моих брюк завибрировал. Все сидящие за столом перевели на меня взгляды. На экране высвечивалось имя Эрраса.
– Все в порядке? – поинтересовалась Метаксия.
– Да. – Я уверенно встала и отодвинула стул. – Сейчас вернусь.
Я выскочила из столовой в коридор и приняла вызов. В трубке раздался хриплый голос Эрраса:
– Привет, детка. Как дела?
– В чем дело? Ты что-то узнал?
– Ну, в общем, я выбил дурь из нашего бывшего Эпарха. Он не сказал ничего нового, кроме того, что этот загадочный Дий планирует быть на вашей свадьбе.
Я почувствовала, как внутри буквально похолодало от этой новости. Отойдя на несколько шагов вперед, я оперлась на стену рукой.
– Мы же должны что-то предпринять, так ведь? – Голос Эрраса стал серьезней. – Возможно, вы с Деймо не горите желанием связывать свои жизни, и если кто-то сорвет свадьбу, ты будешь только рада, но…
– Я не буду этому рада, – перебила я его. – Не забывай, эта свадьба это политический ход, который придумал твой дядя и мой отец. А значит, она должна состояться в любом случае.
Эррас немного помолчал.
– То, как ты предана нашим семьям, восхищает. – В тоне его голоса послышался смешок. – Ладно, хорошо. Это замечательно. Учитывая, что на свадьбе будут самые близкие мне люди, нельзя позволить этому Дию ворваться на нее.
Я задумчиво уставилась в окно. Этот Дий, кем бы он не был, отлично все просчитал: о предстоящей свадьбе известно всей Греции. Журналы пестрят заголовками о будущем союзе, журналисты видели нас на репетиции и на завтраке в ресторане. В том числе, обо всем знают недруги Триумвирата – другие криминальные группировки. Если все сорвется в последний момент, это будет отличным поводом для конкурентов нанести удар. Если великие Дома не способны защитить даже собственный праздник, значит, они стары, слабы и их время вышло. Нас просто разорвут на части те, кто годами ждал нашей ошибки.
– Значит, Дий хочет шоу, – медленно произнесла я, потирая висок. – Ему недостаточно просто крови. Ему нужно публичное унижение нашей фамилии. Казнь нашей репутации на глазах у всей страны.
– И что мы будем делать? Мамины ребята могут незаметно перекрыть периметр, но если этот Дий уже в списке гостей, под чужим именем…
– Никаких лишних людей. Если мы выставим явную армию, то признаем, что напуганы. Это только раззадорит шакалов. Мы должны быть безупречны. Снаружи – праздник, внутри – капкан.
Я посмотрела на дверь, ведущую в столовую.
– Детка, я успел понять, что наших родителей ты в это втягивать не собираешься. Все еще не передумала?
Этот вопрос потребовал размышлений.
Что-то подсказывало мне, что человек, подбросивший обол, как раз на это и рассчитывал – на то, что я побегу докладывать о произошедшем отцу или самому Демиду Аргиру. Самим Архонтам Домов он его не подкидывал по одной простой причине – слишком просто, слишком явно. Получив обол от Паисия (как мы все предположили изначально), Демид просто назначил бы встречу лицом к лицу с братом и на месте разобрался в ситуации. Тем более, что братья были всегда близки, никакой борьбы за власть. Демид Аргир возглавлял самую высшую точку в иерархии Домов – Дом Зевса, – а Паисий и Стефан свои Дома, и никто ни с кем не дрался, желая получить власть над другими. После смерти Стефана Аргира Дом Посейдона и вовсе перешел в руки его жены – Риммы. Все оставались довольны.
Этот человек, кем бы он ни был, прекрасно это знает, поэтому и подбросил обол не напрямую Архонтам или моему отцу, а в ноги «детишек».
– Нам нужно связаться с Ригасом, – сказала я наконец после затянувшейся паузы.
– Читаешь мои мысли. Риг – отличный союзник в таком деле. Правильно мыслишь, детка.
– Сегодня вечером встретимся где-нибудь. Но не в «Орихалке». Нас не должны видеть знакомые. Этот Дий может быть еще ближе, чем мы думаем.
– Я позвоню Ригу и поделюсь нашими догадками. Пусть он назначает место встречи.
Это прозвучало на удивление логично из уст такого, как Эррас. Дом Аида – самый потаенный и темный Дом. Ригас знает изнанку Афин лучше, чем кто-либо другой. Его семья контролирует не только подпольные заведения, но и тесные, забытые богом закоулки, где решались судьбы.