Братья переглянулись.
– Да, – ответил Ригас.
Я посмотрела на Эрраса:
– Можно ли тебе довериться? Ты не облажаешься?
Эррас издал короткий смешок и оттолкнулся от края стола, медленно вставая.
– С чего такой скептицизм?
– Даже не знаю, – саркастично произнесла я. – Может, из-за десяти случаев, когда мне приходилось разбираться с твоими делами, пока ты развлекался с девицами? Завтра на кону жизнь твоих братьев и дядей, запомни. И если ты проспишь выход Дия, потому что загляделся на задницу очередной блондинки…
Ригас тяжело вздохнул.
– Она права, братец. Забудь о девушках хотя бы на завтрашний день. И не дай Бог ты не выполнишь свою часть задания.
Эррас закатил глаза и огрызнулся:
– Сделаю все, что в моих силах.
– Этого мало. Сделаешь еще больше.
Посчитав, что наш разговор окончен, я направилась к выходу из мастерской, остановившись у порога.
– Что ж, значит, завтра мы либо будем праздновать победу, либо Афины умоются кровью Домов.
16.
Анархия
Утро венчания пахло цветами и дорогим парфюмом.
Белый шелк свадебного платья казался мне саваном. Я стояла перед зеркалом в полный рост, глядя на свое отражение. Кружево на лифе было настолько тонким, что казалось невесомым, но под пышными юбками на моем правом бедре тяжелым и холодным грузом покоился компактный «Глок», закрепленный в специальной кобуре. В складках шелка, у самого колена, был спрятан стилет, подаренный папой – на случай, если все пойдет совсем не по плану и придется замарать руки.
– Держите голову ровнее, деспинис, иначе фата ляжет несимметрично, – пролепетала стилист. Ее пальцы, пахнущие лаком для волос, возились с моей прической.
Вокруг меня кружился целый рой женщин. Одна поправляла шлейф, другая наносила последние штрихи пудры на мои плечи. Для них я была главным украшением сегодняшнего торжества.
Метаксия сидела в глубоком бархатном кресле в углу комнаты, потягивая что-то из хрустального бокала. Мать Деймоса выглядела величественно в дорогом роскошном платье цвета красного вина. Ее взгляд то и дело возвращался к моему отражению.
– Ты слишком напряжена, милая. Расслабь плечи. Невеста должна выглядеть так, будто она идет навстречу своему счастью. Не забывай, там будет пресса и наши близкие друзья.
– Просто хочу, чтобы все прошло идеально, кирия, – ответила я, встретившись с ней взглядом в зеркале. – Без ошибок.
– Просто Метаксия, милая. – Она улыбнулась и пригубила из бокала. – Оставь эти церемонии.
В следующую минуту в комнату, как вихрь, ворвалась Инес. Она была единственной, кто, казалось, искренне наслаждался происходящим. В своем нежно-розовом платье она выглядела воплощением невинности.
– Рия, ты просто божественна! – Инес подлетела ко мне, едва не сбив с ног стилиста с набором кистей. – Деймос упадет в обморок, когда тебя увидит. – Она осеклась, поймав предостерегающий взгляд матери, и виновато прикусила губу. – Я имела в виду… он будет поражен. Все будут поражены. Это будет самая громкая свадьба десятилетия!
– Главное, чтобы она не стала последней, – тихо произнесла я, почти про себя.
– Что? – Инес прищурилась, ставя бокал на столик.
– Я сказала, пора ехать. Уже почти восемь. Нельзя заставлять архиепископа ждать.
Я бросила последний взгляд в зеркало. Стилисты закончили работу и начали пятиться к выходу, оставляя нас в тишине. Инес решила их проводить, хотя мне показалось, что ей просто хотелось оставить нас с Метаксией наедине.
Портной, шивший на заказ мое платье, все предусмотрел. Оно не имело никаких глубоких декольте или вызывающих разрезов и идеально подходило под дресс-код собора. Только плотный белый шелк с высоким воротником-стойкой и с длинными узкими рукавами, застегивающимися на бесконечный ряд крошечных жемчужных пуговиц, доходя до самых оснований ладоней.
Последнее было очень кстати.
Эти рукава были моей личной необходимостью. Они надежно скрывали запястья – единственное место, которое могло выдать ту часть моей жизни, которую я никогда не собиралась показывать семье Аргир.